Зеркальная страна

Я увидела сестру за плечом у извивающегося на мне Росса как раз в тот момент, когда тот шумно кончил и простонал мое имя.

Я застыла, как копия статуи Эл, и меня охватил непередаваемый, всепоглощающий стыд, который был сильнее всех моих чувств к Россу.

Росс спохватился довольно быстро. Он вышел из меня, откатился в сторону, прикрыв нас обоих одеялом. В его глазах я увидела свое отражение, потом он смежил веки и медленно обернулся.

«Эл, – проговорил он, – Эл!»

Она смотрела на нас во все глаза, и в ее лице не было ни кровинки. Во взгляде застыл неприкрытый ужас. Мои губы беззвучно прошептали ее имя…

– Никого там нет, – говорит Росс, вернувшись. Он с неловким видом стоит у постели, и я не знаю, что сказать. Наконец он смотрит на меня и грустно улыбается, садится на край кровати и опускает голову. – Лучше б мы сюда никогда не возвращались… Ненавижу этот чертов дом!

Я молчу. Может, если б они не вернулись, меня здесь тоже не было бы.

– У Эл был роман, – сообщает Росс полоскам на стенах. – То есть я думаю, что она нашла кого-то на стороне.

– Почему? – Виски начинают синхронно пульсировать от боли.

– Я солгал, что у нас все хорошо. Мы не ладили, почти не разговаривали друг с другом, причем довольно давно. – Росс пожимает плечами. – Она завела второй телефон.

Ничего не могу с собой поделать! Невольно вспоминаю два слова в теме письма и кроваво-красные буквы на стене прачечной. ОН ЗНАЕТ. Массирую ноющие виски.

Росс пожимает плечами.

– Может быть, да, а может, и нет. Несколько раз она упоминала какого-то художника. Я сразу догадался, понимаешь? Рэфик в курсе, но Эл никогда не называла его по имени. – Он качает головой. – Очень тревожный звоночек, правда?

Наконец Росс поворачивается ко мне; глаза у него не сердитые, а уставшие.

– Не сомневаюсь, он был и чутким, и внимательным, часами выслушивал обо всех ее проблемах… Хороший парень с большой буквы. Ну, ты знаешь этот чертов тип!

Вместо того чтобы рассказать ему про Вика, я думаю о матери, которая украла Росса у его отца. Вспоминаю, как он всхлипывал, стоя на коленях посреди Карибского моря, и смотрел нам вслед. Вспоминаю звук, который он издал в тот вечер, когда я его поцеловала: низкий и горестный, словно вой ветра, запертого в тесном пространстве. «Я не знаю, что мне делать! Не знаю, как жить без нее!»

И я придвигаюсь к нему, обхватываю руками за торс, слышу биение сердца о грудную клетку. Лезу внутрь его спортивных штанов, слышу шумный выдох и чувствую, как напряглась плоть под моими пальцами.

Эл его бросила. Росс ей больше не нужен.