Жена из прошлого (СИ)

— Блюда от шеф-повара никогда не разочаровывают, — заметила Шанетт, погружая ложечку в шарик ванильного мороженого, обложенного карамелизированными ягодами и присыпанного золотистой крошкой.

Я выбрала для себя пирожное с лимонным кремом и стружкой горького шоколада. Безумно вкусное, но, как говорится, на зубок. То ли съел, то ли показалось…

— Главное, на «Стальном» подают хороший алкоголь, — усмехнулся Лейф. — Недавно мы летали на «Алой». Первым классом, но дрянь подавали такую, что даже удивительно, как я выжил после пары напитков.

Мужчины сладкому предпочли крепкие ликёры, за распитием которых Делагарди продолжил расспрашивать, куда они летали. Оказалось, отдыхали на новомодном курорте в Дрелоре, нежились на солнышке и оздоравливались на минеральных водах.

Шанетт пыталась возобновить обсуждение моей персоны, но всякий раз Эндер незаметно возвращал её к теме курорта. А когда моя тарелка опустела (почти мгновенно), он залпом допил то, что ещё оставалось в его бокале, и поднялся:

— Благодарим за прекрасный ужин и отличную компанию. Раннвей, любимая…

Вот «любимая» точно прозвучало фальшиво.

Он протянул мне руку, я, разумеется, тут же поднялась, а Шанетт расстроено пробормотала:

— Но ведь ещё так рано. Мы бы могли прогуляться и…

— У меня завтра много дел, да и у Раннвей будет насыщенный день. Не стоит расстраиваться, леди Флеминг, в будущем вас ждёт немало прогулок.

Улыбка дракона подействовала на Шанетт обезоруживающе. Она вздохнула, но уже без огорчения, и пожелала нам доброй ночи. К пожеланиям присоединился и её муж, который, стоило нам попрощаться, подозвал официанта и попросил алкогольной добавки.

Мы же направились к левитационной платформе. К лифту, короче.

— Кстати, о добавке… — Я с мольбой посмотрела на Делагарди. — Мы можем заказать еду в номер?

— Уже, — обрадовал меня предусмотрительный дракон, и вечер тут же заиграл новыми красками.

— И тех пирожных тоже. Три… нет пять!

Эндер улыбнулся и, остановив пробегавшего мимо официанта, что-то шепнул ему, после чего повернулся ко мне со словами:

— На всякий случай принесут и мороженое.

Ладно, возможно, этот дракон не такое уж и чудовище.

Уснули мы поздно. Я — на мягкой перине, Делагарди — на жёстком полу. Не знаю, в чём причина (не то в выпитом шампанском, не то в заказанном в каюту ужине, который без Шанетт и Лейфа показался мне необычайно вкусным), но я испытала острый укол совести, глядя на устраивающегося возле кресла дракона. С подушкой и одеялом, но всё же не сравнить с удобным матрасом.

Потом, когда свет погас и комната наполнилась тенями, рождёнными лунным мерцанием, ещё долго ворочалась, опять же из-за острых уколов совести.

— Тебе там удобно? — приподнявшись на локтях, спросила полусонно.