Жестокое эхо войны

Постояв немного, Иван вытер о пиджак вспотевшую ладонь, перехватил поудобнее трость и поспешил дальше.

Когда он выбрался на тропинку и повернул к старому одноэтажному бараку, в переулке послышались частые выстрелы.

Старцев побежал, превозмогая боль. Но не к тропинке, а к единственной подъездной двери, расположенной по центру барака…

Боевого опыта Егорову и Бойко было не занимать – не один десяток раз сталкивались они с преступной нечистью. Олесь и вовсе успел до ранения повоевать на фронтах Великой Отечественной. И надо же – угораздило на ровном месте нарваться на бандитов! Вроде и осмотрелись, прежде чем выскочить из-за барака в переулок, а вот поди ж ты – не заметили поспешно юркнувшую за кусты сирени троицу.

Спасла большая дистанция, с которой бандиты попытались достать сыщиков. Надо долго тренироваться, чтобы с сорока метров попасть из пистолета в подвижную цель.

В Егорова не попали. Пуля, предназначенная Бойко, прошла у него под мышкой, пробив одежду и разодрав кожу.

Сыщики мгновенно кинулись на землю и, скатившись в сточный приямок, открыли ответный огонь по кустам.

– Олесь, поглядывай назад, – предупредил Егоров. – Они наверняка бежали к машине, значит, сзади может появиться водила…

Умница Егоров не ошибся – до угла 4-й Мещанской и Троицкой, где стояла их «полуторка», бандитам оставалось пробежать всего метров двести. И тут на их пути выросли сотрудники в штатском.

Деваться было некуда. Повернуть обратно и рвать когти кружным путем – долго. Лезть напрямик через жилой квартал – боязно. Плюс – не знают дороги, поэтому и получится дольше. Посовещавшись, решили переть буром.

Дело знакомое.

Не жалея патронов, бандиты шмаляли почти без остановки. Самый возрастной стрелял из редкого и дорогого британского браунинга. Его кореш садил с двух рук из «ТТ». Не отставал и тощий оголец, взводя после каждого выстрела курок древнего солдатского «нагана».

Сыщикам пришлось пятиться назад. А бандиты, грамотно перемещаясь, двигались вперед, стреляя на ходу. Одному богу известно, чем бы закончилась эта отчаянная атака, но в самый критический момент из распахнутого барачного окна прогремели один за другим восемь выстрелов.

Два бандита рухнули замертво. Возрастной выронил «браунинг» и, покачиваясь, сделал несколько неуверенных шагов в сторону.

– Ты, как всегда, вовремя, – отряхивая брюки, поднялся из пыльной канавы Егоров.

За ним выбрался на дорогу и Бойко. Расстегнув несколько верхних пуговиц окровавленной рубашки, осмотрел свою рану.

– Еще раз извините, граждане, за беспокойство, – послышался голос Ивана Харитоновича.