Жить дальше

Она лепила с ребятами игрушки из пластилина, фигурки из глины, помогала им рисовать. Ее ученики гордились своими достижениями, а она гордилась ими. В общем, она начала возвращаться к жизни, и с гораздо большей скоростью, чем предполагала раньше. Тригви был рад этому. Однажды вечером, когда они готовили ужин для детей, она сказала ему, что испытывает от этой работы огромное удовлетворение.

Никогда прежде работа не приносила ей столько радости.

Бьорн рассказал дома, как ему нравится заниматься с Пейдж в школе, и она просияла от его похвалы. У них установились очень теплые отношения. Пейдж укладывала его спать, и Бьорн обнимал ее и просил почитать сказку — он вел себя точно так же, как Энди. Иногда, правда, ей казалось, что Бьорн может просто задушить ее в объятиях — он не всегда мог рассчитать свою силу. Но Пейдж видела, как этому большому ребенку не хватало тепла и материнской нежности.

— Он хороший мальчик, — как-то сказала она Тригви.

Он был тронут ее словами. Пейдж и с Хлоей занималась очень много, ходила с ней на занятия группы терапии.

— Мне хотелось бы, чтобы ты стала им настоящей матерью, — признался как-то ей Тригви, и Пейдж лишь улыбнулась в ответ.

— И Бьорн мне однажды сказал то же самое. Я польщена. — Но она и в самом деле привязалась к Бьорну еще и потому, что теперь занималась с ним и в школе. Наконец-то она почувствовала, что занимается чем-то серьезным в жизни, что ее работа — это не игра, не развлечение. Пока она ничего не получала за эти занятия. Но руководство школы уже зондировало почву, сможет ли она продолжить свои занятия и после каникул. Ее распорядок дня вполне позволял ей это. Она успевала бы отвозить Энди в школу и привозить оттуда. Да и деньги бы не помешали.

Праздничный уик-энд они с Энди провели вместе с семьей Тригви. Пейдж спала в комнате для гостей, а Энди спал с Бьорном. Ночью Тригви прокрался в ее комнату, и они опять были счастливы своей близостью. Но на этот раз они соблюдали предосторожность: закрыли дверь на внутренний замок и вели себя очень тихо.

— Послушай, но не можем же мы вечно прятаться, рано или поздно надо поставить их в известность, — сказал Тригви. Однако пока никто не осмеливался признаться в этом, и Пейдж боялась открыто перебраться в его спальню. Особенно ревниво вела себя Хлоя, и Пейдж не хотелось настраивать девочку против себя.

— Если Хлоя согласится с этим, то все будет в порядке, — рассмеялась Пейдж, — тогда она растормошит Алли только ради того, чтобы сообщить ей эту новость. — Она улыбнулась, представив себе эту сцену.

Четвертого июля, в День независимости, Тригви устроил вечеринку и пригласил нескольких друзей, среди них, кроме Пейдж и Энди, были Джейн Джилсон с мужем, Эпплгейты и еще четыре пары.