Жить дальше

Речей почти не было — все были слишком потрясены и подавлены горем. Боль была слишком остра.

Только выйдя из церкви, Пейдж и Тригви заметили репортеров. Они сначала сопровождали Лору, но та быстро скрылась в ожидавшем ее лимузине, ничего не сказав журналистам. Тогда репортеры стали фотографировать скорбные лица подростков, столпившихся во дворе, а потом переключились на Чэпменов. Разъяренный отец Филиппа кричал им сквозь слезы, что они бессердечные подонки, и наконец друзья увели его. Но даже и тут репортеры не отступились, следуя за Чэпменом на некотором расстоянии. Катастрофа все еще оставалась сенсацией.

После службы в церкви был устроен еще и прощальный прием в зале школы, а потом Чэпмены пригласили близких друзей сына домой. Однако силы Пейдж были уже на исходе, сердце ее разрывалось от страха за жизнь дочери и сострадания к Чэпменам. Она взглянула на стоявшего рядом Тригви и поняла, что и он тяжело пережил эту процедуру.

— Как вы? — тихо спросил Тригви. Пейдж хотела ответить, но тут у нее из глаз снова потекли слезы. — Молчите. Возьмите меня под руку, пойдем к машине, я отвезу вас.

Она лишь кивнула и послушно пошла рядом с ним. Несколько минут они сидели в машине молча. У нее не хватило мужества сказать что-то Чэпменам, но они оба расписались в гостевой книге, выставленной у входа в церковь. Впоследствии она прочла в газете, что на службе присутствовало около пятисот человек.

— Боже, это было слишком тяжело, — выдавила она, наконец совладав со слезами.

— Да, просто ужасно. Просто не представляю себе ничего более горестного. Не дай мне бог дожить до смерти кого-либо из моих ребят. — Он тут же пожалел о сказанном, так как жизнь Алисон все еще висела на волоске. Но Пейдж не осуждала его, она понимала его чувства — ей тоже не хотелось бы до этого дожить.

— Я видела миссис Хатчинсон. С ее стороны было довольно рискованно приходить на службу. Мне кажется, Чэпмены могли быть оскорблены ее появлением.

— Да, но это произвело благоприятное впечатление на прессу. Это проявление ее чувств, ее сердечности. Надо признать, неглупый ход, — усмехнулся Тригви.

— Что дает вам право так говорить? — удивилась Пейдж. — Может быть, она пришла выразить свои искренние соболезнования.

— Сомневаюсь. Я знаю политиков. Поверьте мне, это муж настоял на ее появлении здесь. Может быть, она и не виновата в этой катастрофе, может быть, она совершенно невиновна, но в любом случае это пошло на пользу и ей, и ее мужу.

— Неужели только ради этого? — изумилась Пейдж.

— Вероятно. Не знаю. Все-таки я продолжаю считать, что скорее всего она была невнимательна, а ребята не виноваты. Может быть, мне просто хочется верить в это.

Тригви тронул, и они пристроились в хвост длинной цепочки машин, выезжавших из школьного двора.