Жизнь во благо Родины

– Не, бать, в этот раз как следует отдохнем, есть причины и потребность, – покачал я головой.

– Ладно, вечерком расскажешь, если захочешь, а пока пошли скорее в дом, я чай заварил, а сегодня еще и в город ездил, вкусняшек купил, как чувствовал, что внучку увижу!

Да уж, внучка! Он давно к ней относится как к родной, да и к нам как к своим детям. Мы полюбили этого старика, хотя какой он старик, силенок еще на столько же лет хватит.

Катерина быстренько сбегала к нам домой, собрала ужин из оставшихся с обеда продуктов, принесла все в дом дяди Коли, мы плотно поужинали. Я еще и к бойцам позже заглянул, узнать, как у них с едой, и принес им свежей рыбы, пока на лодке катались, окуней надергал немного, с ведро примерно, вот и отдал им половину.

– Значит, не сидится на месте, да? Вот всегда мне казалось, что у тебя шило в заднице! – около полуночи мы с фронтовиком сидели на причале и болтали, начал он сразу с главного.

– Так получилось, бать, тебя ж на фронте не спрашивали, хочешь ты в атаку идти или нет?!

– Так то ж на фронте, а ты? – отмахнулся старик.

– Да без разницы мне, батя, раз для страны нужно, значит – фронт, он и гражданским может быть. Дела такие лезут, отец, что приходится крутиться, как уж на сковородке.

– Серьезно ранили? – сменив гнев на милость, спросил фронтовик участливо.

– Думаешь, ангел-хранитель бессмертный? – У куда его понесло.

– Не бери в голову, отец, все кончилось и ладно, – отмахнулся я, не желая продолжать разговор.

– Смотри, останется без крыльев, не успеет за тобой в очередной раз, – покачал головой и одновременно указательным пальцем перед моим носом фронтовик.

– Лучше расскажи, как у тебя тут, сильно «жмут»?

– Да все в порядке, милиция работает как надо, разогнали всю здешнюю мразь, регулярно ездят, проверяют. Даже не ожидал такого, а вот инспекцию нашу, водную, пришлось разогнать. Не мне, конечно, КГБ работал, но там все настолько сгнило, что убирать пришлось буквально всех, круговая порука.

– Да чаще всего так везде, не бывает, чтобы один взятки брал, а остальные ничего не знали. Привыкли, знают, что если полезут против, потеряют работу, а то еще и виноватыми станут, вот и молчат. А тут сверху пошло, на местах людям перестало быть страшно за свою жизнь, начали помогать разоблачать начальство.

Это мне Семичастный рассказывал о том, как чистки идут. Помаленьку дело идет, да и с кадровым вопросом вроде как лучше стало.