Жизнь во благо Родины

Ударившие в мою машину и асфальт на дороге пули высекали искры, а я все смотрел… Никогда бы не подумал, что у нас такое возможно, да в эти годы…. Наконец, придя в себя, я упал на землю и начал лихорадочно размышлять, достанут меня или нет, и что делать? Стрельба резко стихла, перезаряжаются или уже сваливают?

– Сань, ты живой? – ответа не последовало, и я решился приподнять голову.

Секунды длились крайне медленно, вижу «Волгу», возле нее два мужика меняют магазины в «калашах», кагэбэшника не видно, неужели замочили его эти два урода? Плюнув на все, устремляюсь вокруг машины к комитетчику, понимая, что у того должен быть ствол с собой, а стреляющие в нас не уезжают.

Сашка лежал в луже крови, сжимая в правой руке ПМ. Есть ли в нем патроны, вот что сейчас волновало меня лично. Я не слышал, стрелял Саша или нет, из-за автоматных очередей тут вообще ничего было не слыхать. Пистолет кагэбэшника оказался в моей руке одновременно с окончанием перезарядки у врагов. Огонь мы открыли одновременно. Все же «макарка» оказался заряженным, и мне вновь повезло. Четыре раза нажав на спусковой крючок, отметил про себя, что видел все четыре попадания. Два патрона на каждого бандита, результат достойный, но все же они успели выстрелить и в меня. Провидение сегодня было на моей стороне, скорее всего решив, что хватит с меня проблем. Все пули, а успели бандиты выпустить лишь по одной короткой очереди, прошли мимо. Убедившись, что бандиты не встают, я бросил оружие и склонился над раненым комитетчиком.

– Сашка, Сашка! Ты жив? – осторожно осматривая бойца, я пытался разглядеть его раны.

Клок, вырванный из правого рукава, увидел сразу, но крови было слишком много, вот и решил расстегнуть пуговицу. Белая рубашка Александра была вся темно-красной от обильного кровотечения. Разодрав ее руками, обнаружил небольшую дырочку в районе живота. Парень дышал, но был без сознания. До меня донеслись женские голоса, начавшие гомонить секунду назад.

– Эй, люди, есть кто-нибудь рядом? Вызовите «скорую помощь» и милицию, скорее! – закричал я. Выдернул ремень из брюк кагэбэшника и затянул выше раны на руке. С животом проблема… Я не хирург ни разу. Рванув край рубахи раненого, сложил в тампон и, закрыв рану, прижал. Вроде бы больше непредусмотренных отверстий не видно, буду надеяться, что закрыл все.

Сколько прошло времени, не заметил, минут десять, может пятнадцать. Во дворе, отражаясь и от того усиливаясь, зазвучали сирены. Саша пока дышит, но сердцебиение слабое и редкое, жаль парнишку, ни за что пострадал. Что же тут такого я наделал, чтобы настолько заинтересовать бандитов? Ну не верю я в то, что все это ради какого-то общака, хоть тресни.