Дьявол кроется в мелочах

— Но согласитесь, что было бы интересно посмотреть на эту книгу.

— Если ты хочешь сказать, что мы снова должны взломать квартиру и незаконно проникнуть в нее, то нет, — твердо сказала Соня. — Даже думать про это забудь. Конечно, я не отказалась бы подержать в руках первое прижизненное издание Блейка, но еще раз нарушать закон мы не будем.

— Я и не говорю о том, чтобы нарушать закон, — глаза Насти блеснули, — я же юрист как-никак. Но у меня есть фотографии. Вы, то есть ты, — поправилась она, — помнишь, какой у Галактионовых порядок в квартире. Книги стоят только на стеллажах в прихожей. А все стеллажи я сфотографировала. Думала, что там может быть какой-нибудь ключ к загадке смерти твоих соседей. Теперь мы знаем, что загадки никакой нет, но фотографии остались. Давайте поищем на них Блейка. В конце концов, наследники могут не понять ценности книги и, к примеру, выбросить ее на помойку. Если книга на месте, то мы должны будем позаботиться о ее сохранности.

Определенная логика в словах девушки была. По крайней мере, Денис смотрел на нее с восхищением.

— Ладно, — сдалась Соня, — скидывай фотографии мне на электронный адрес, с ноутбука смотреть сподручнее, чем с телефона. Будем надеяться, что мы успеем все посмотреть до приезда Феодосия. Странно, кстати, что он задерживается.

— Заехал за вином или за какими-нибудь цветами. — Денис беспечно махнул рукой. — Не в правилах моего босса заявляться в дом с пустыми руками, тем более что ты анонсировала ему ужин в компании.

Через пять минут три головы склонились к экрану Сониного ноутбука и начали внимательно рассматривать загруженные туда фотографии.

Как уже успела заметить Соня, когда была в соседской квартире, все книги на стеллажах шли в строго пронумерованном порядке. Аккуратные наклейки с цифрами располагались на корешках и были написаны аккуратным почерком и ровно наклеены, чтобы не повредить книгу. Было видно, что к своей библиотеке, весьма, надо признать, обширной, Галактионов-старший относился с почтением."

"Тома от единицы до ста пятидесяти представляли собой русскую классику. Это были собрания сочинений или отдельные издания. Еще пятьдесят книг составляли детскую библиотеку приключений. Книги с двухсотого номера по двести пятидесятый представляли литературоведческие издания, те, которые Борис Галактионов в свое время использовал для работы. Далее шла английская классика на русском языке, следом она же, но на языке оригинала.

Почти двести номеров отводилось на классические детективы. Кристи, Чейз, Стаут, Честертон, Сименон, По, Конан-Дойл, Гарднер сменялись более современными Ларссоном, Брауном и Гилбрэйтом. Несмотря на крайнюю ограниченность в деньгах, за литературными новинками Галактионов-старший следил.