Злодейки не плачут

Бабушка ушла от нас лет пять назад. А ещё она была драконом. Я говорила так девочкам, но по правде, она была им лишь наполовину и прожила хоть и длинную, но вполне человеческую жизнь. Элейн не была способна превращаться или совершать частичный оборот, а отец — он взял всё от своего отца. Магия темных искажений текла в нас ледяным потоком и о капли крови дракона говорила лишь неспособность к бытовой магии.

Всё, что они говорят это чушь. Я не смогла изобразить даже вежливого кивка в ответ, просто пялилась на всех по очереди. По лицу Холда — ничего не прочитать, Ругг — меня подбадривал, хотя я никогда не считала себя любимой студенткой.

Отец — тут он был солидарен с Холдом, ноздри всё ещё едва подрагивали. Савьер явно испытывал облегчение оттого, что не ему нужно вести этот странный диалог, а рыжий профессор-дракон он с любопытством изучал меня. Кажется, он был восхищен тем, что происходило, и именно поэтому никак не мог найти удобной позы на стуле и всё время ерзал.

— Чтобы объяснить, что происходит, давайте я начну сначала, — декан корпуса драконов один излучал полную уверенность и спокойное радушие.

 — Расскажу вам на примере полнокровного дракона. До десяти — тринадцати лет мы ведем вполне себе обычную человеческую жизнь. А во время первой перестройки организма впервые начинаем чувствовать в себе зверя. Драконы начинают проходить через этот период ещё в школьные годы. Он проходит у всех по-разному, у кого-то спокойнее, а кому-то удается испытать на себе все прелести этого процесса. У большинства увеличивается аппетит. Мы и так на него никогда не жалуемся, но до момента полного слияния, которое случается только к тридцати годам, аппетит, увы, не проходит. Вы должны были заменить, юная госпожа Риар, что драконы в столовую наведываются, минимум пять раз в день, причем за полным приемом пищи.

Но ведь аппетит ещё не показатель, верно?

Вслух я этого не сказала, а декан Вармс сделал вид, что не заметил. Он просто продолжал свой рассказ:

— Из частых симптомов можно встретить неконтролируемое пламя. Это довольно опасно, поэтому мы даем специальные отвары, которые помогают избежать этого, а ещё используем заговоренные камни, которые оттягивают на себя часть всплесков.

В общем, в обычных семьях — это стандартные моменты. Растущий зверь дает о себе знать и другими способами — улучшается острота зрения, обоняние, скорость и ловкость. И так происходит до первого полного оборота. Для каждого дракона — это и есть выпускной. Далее мы учимся управлять своим зверем, и для этого как раз существует корпус драконов. Что же касается, других случаев, то иногда оборот может и не случается. Зверь не набирает достаточной силы, но в таком случае остаются усиленные инстинкты.