Зомбер 1 и 2

Гранаты, «воги» всякие и приблуды, о назначении которых я вообще не догадывался. О! Даже «Костёр» имелся – это который ГП-25, подствольный гранатомет. Ни хрена себе…

– Чего хотим, чего желаем? – спросил человек, сидевший в центре комнаты за столом.

– Приветствую! – сказал я и шагнул к нему. – Тут тип один подсказал, что можно подкатить на «обменник» и поторговать.

– Легко! – кивнул торгаш и улыбнулся. – Покупаем или мне чего хотим всучить?

На вид ему было лет тридцать, может, немногим больше. Худощавый, с интеллигентным лицом, которое подчеркивали прямоугольные узкие очки в узкой оправе, затененные, к слову, отчего глаз нормально было не разглядеть.

Плохо: я привык глядеть в глаза собеседнику, так проще понять, врет он, блефует, говорит правду, и вообще, какие эмоции при общении со мной испытывает.

На вояку он совершенно не похож, хоть и пострижен коротко, но все портит как раз таки интеллигентное лицо, на котором, так сказать, не отпечатался устав, а еще аккуратная, ровно подстриженная бородка.

Если бы встретил такого в обычной жизни, сказал бы, что программист или менеджер какой-нибудь, маркетолог там, консультант.

Но никак он у меня с военным не ассоциировался. А хотя…как я себе вообще современного офицера представлял? Может им оказаться Кузьмич? Вполне.

Впрочем, сейчас он больше похож на какого-то дельца. Эдакий «новый русский», который сгинул черт знает когда, но вот, воскрес вместе с зомби.

– «Калаш» хочу, семьдесят четвертый. А лучше сто третий.

Долгое время я почему-то хотел именно 74, а тут, когда увидел его, вдруг вспомнил, что калибр то у него 5.45. Ну и на хрена он мне нужен, с таким патроном? Нет, лучше уже 103 – он и поновее, и понадежнее и, опять же, старый добрый 7.

62 уже идет…

Поэтому сказав про 74, пальцем я ткнул на «витрину», где лежали «калаши» сотой серии.

– Сколько надо? Чем платить будешь?

– Начнем с одного. Если цена устроит – оптом бы взял десяток.

– Консегвы… – Кузьмич задумался, а я чисто автоматически отметил, что он картавит.

– А какие банки есть? – наконец, поинтересовался он.

– В ассортименте, – я тут же принялся перечислять, что мы с собой взяли.

– Угу, угу, – кивал он, пока я шел по списку. ‒ Ну…двадцать пять банок, и автомат твой. Если возьмешь десять «калашей» или больше, сделаю скидку.

Отдам, скажем, по двадцать две за ствол.

– Дорого! – буркнул я.

– Ну… – развел он руками, – как есть. Кстати, еще ведь магазины по десять банок за штуку, ну а БК… две банки десяток…

– Я не заставляю, – ответил Кузьмич, и выжидающе уставился на меня, ожидая, какое решение приму.

Я же отметил один забавный факт: Кузьмич картавил – один раз точно проскочило, но при этом он умудрялся так построить речь, чтобы буквы «р» в ней либо вообще не было, либо проскакивала как можно реже.