Зубы дракона

И раньше в деревне пропадали дети. Их всегда настигали дикие звери, которых было много в окрестных лесах, если их не удавалось найти до наступления ночи.

И все же они продолжали искать, потому что очень хотели, чтобы несчастное дитя испытало хоть какое-то счастье в своей короткой жизни.

Они искали вокруг дома Елены. К югу, как им казалось, искать бессмысленно. А что он мог добраться до Адельсберга… это было невозможно. Маленький мальчик просто не мог дойти дотуда!

Но Хейке добрался именно туда. Он научился ходить. Хватался за ствол дерева, выбирал следующее и перекидывал тело к нему. Ногам было трудно успеть за телом. Они все время занимали положение, в котором он сидел в течение всего последнего года. Шею ему удалось-таки распрямить, но суставы колен и бедер по-прежнему болели, а позвоночник ныл от непривычной нагрузки.

Баланс, разумеется, держать было тоже очень трудно.

Вдруг Хейке столкнулся с чем-то необъяснимым. Чудо природы, которого он не мог понять.

Его разобрало любопытство. Надо подойти поближе и посмотреть…

Перед ним вновь возник большой, черный мужчина!

Он стоял перед ним, не пуская его к этому чуду, которое он вдруг увидел. Человек махнул рукой, показывая, куда ему надо идти вместо этого.

Хейке заколебался. Инстинктивно он понимал, что надо слушаться большого человека. Он ведь помогал Хейке все это время. Хейке догадывался, кто вернул ему мандрагору. И дал одежду. И хлеб.

Поэтому мальчик кивнул и послушался черного человека.

Его странный попутчик тут же снова исчез.

Мальчик пошел дальше. Он полз и перекатывался сквозь густой лес.

И вдруг, как в облаках внезапно открывается просвет и становится видно солнце, Хейке увидел целую деревню. Большую, прекрасную деревню, что значило — люди, еда, тепло и — отдых!

Хейке не имел опыта общения с людьми. Он думал, что все похожи на Сёльве, как же он мог думать иначе? Короткая встреча с Еленой не могла, разумеется, развеять накопившееся в детской душе недоверие к взрослым.

Хейке подумал, что деревня может означать для него новую клетку.

Ему стало страшно спускаться в деревню.

Хотя его сердце рвалось туда, где скрывалось столько нового, он не сдвинулся с места. Хейке уселся на траву и заплакал от одиночества и тоски.

С того места, где он сидел, открывался хороший вид на соседнюю вершину. На ней что-то стояло — это было явно творение рук человеческих. Высокий помост, сложенный из бревен, из которого торчал высокий шест с приделанной к нему горизонтальной доской. С доски вниз свисала веревка. Как странно, подумал Хейке. Впрочем, его это долго не занимало. Он не мог думать ни о чем ином, кроме бесконечной тоски в своем сердце.

Сёльве был в бешенстве.