Зубы дракона

Неожиданно перед ним возник кто-то, заслонивший от него мальчика. Сёльве раскрыл глаза еще шире и затряс головой, желая прояснить взор.

Перед ним кто-то стоял.

Высокая фигура, одетая в черные одежды с капюшоном, накинутым на голову. Рука вытянулась в направлении Сёльве, как бы останавливая его, вся фигура внушала какое-то благоговение.

Сёльве всхлипнул. Он застыл как парализованный, и издал жалобный звук, словно напуганный ребенок. Затем громко закричал и, развернувшись, побежал, как будто за ним гнался сам дьявол.

Кто знает, может, это и был дьявол?

«Нет, — думал он, спотыкаясь и падая вниз по склону. — Этот не был злым. Этот не был Тенгелем Злым. Это был кто-то другой».

Но кто, кто? Зачем местному призраку он и Хейке? И… в довершение ко всем несправедливостям: почему этот призрак встал на сторону Хейке? Разве не было бы лучше, если бы он пришел на помощь Сёльве, и так презираемому всеми?

Задыхаясь, он добрался до луга перед своим домом и домом Елены.

Тут он впервые собрался с духом. Она не должна видеть его в столь унизительной ситуации. Он распрямился и с достоинством преодолел последний участок до дома, испытывая ужас, что его вот-вот догонит тот дьявол.

Войдя в дом, он бросился в постель и перевел дух, расточая страшные ругательства в адрес своего недоброго встречного.

Почему, почему все шло наперекосяк?

Пока Сёльве все глубже погружался в раздумья, Елена приняла решение.

Она больше не могла выносить все это одна. Да и не должна была. До нее дошла горькая истина, что она все время пытается найти оправдания действиям Сёльве. Нельзя сказать, что это было слабой чертой характера Елены. Просто она, как и многие другие женщины, попала во власть его очарования. Сёльве не использовал свои магические силы по отношению к Елене. Это получалось само собой. Его сила заключалась в мягком, вкрадчивом голосе, гипнотизирующем взгляде и привлекательной внешности. Сила эротического притяжения, исходившая от него, всегда брала верх. К тому же он неизменно проявлял по отношению к Елене доброту и дружелюбие, он казался прекрасным другом этой одинокой девушке.

Но Елена начала подозревать, что та власть, которую он получил над ней была не совсем обычной. Он был прирожденным властителем женщин. И неосознанно он обрушил на нее двойную дозу того, что могла выдержать обычная, простая и неопытная девушка.

Поэтому ей так хотелось пойти сейчас к людям. Между ней и Сёльве был теперь тот маленький несчастный мальчик в клетке.

Этому факту — ребенок в клетке — невозможно найти какое-то оправдание.

Ей не надо было брать с собой много вещей. Она захватила с собой кошку и вещи, которые могли потребоваться в ближайшие дни, потом притворилась, что отправляется пасти коз.