Звездный рыцарь

Лорджин смотрел на мирно спящую в кольце его рук Адианн, а мысленно вспоминал свой разговор с Трэдом.

Впервые он подумал о Тирдаре не только как о человеке, причинившем много страданий, но и как о много страдавшем. Наблюдать, как твое дитя растет в любимой женщине, зная, что с его появлением на свет она умрет. О чем молился такой человек: о смерти ребенка или жены? Как можно выбирать? И еще сознавая при этом, что сам приговорил к смерти ту, кого любит больше всего… Это любого может свести сума, если это не случилось еще раньше.

Лорджин еще крепче прижал к себе Дину, мысленно пытаясь поставить себя на место Тирдара. Так учил его Янифф, чтобы понять человека, его душу и помыслы. Старый волхв считал, что лишь таким образом можно по-настоящему оценить все хитросплетения и тонкости ситуации. На большой картине, говорил Янифф, все видно, но ничего нельзя рассмотреть. Смотри фрагменты, вглядывайся в детали. В них ключ к истине.

Лорджин пытался, но понять Тирдара для него было невозможным, потому что его ум был совсем иным и он никогда бы не поступил так, как Тирдар. Тем не менее какой-то частью своего разума он сочувствовал этому человеку. Лорджин не думал, что сможет потерять этот Огонечек, спавший в его объятиях, и сохранить волю к жизни. В этом смысле он чувствовал к Тирдару симпатию и сострадание.

Да, он вполне мог понять всепоглощающую страсть мужчины к женщине.

Страсть, ставшую смыслом его жизни.

Остальное же он, как и Янифф, простить не мог.

Лорджин разбудил Дину перед рассветом легким поцелуем в губы.

— Пора вставать, Адианн. Сегодня мы отправляемся на Авиару.

Дина открыла сонные глаза, посмотрела на сумрак комнаты, на темные круги под глазами Лорджина и снова зарылась в одеяло, прижимаясь к нему.

— Еще рано. Давай поспим.

— Нельзя, как бы мне ни хотелось этого. Давай просыпайся. — Он слегка шлепнул ее. Она возмущенно задвигалась:

— Я не могу проснуться… Видишь, у меня глаза не открываются. — Она подняла к нему лицо с крепко зажмуренными глазами.

Его рокочущий смех пощекотал ей лоб.

— Думаю, что знаю, как заставить их открыться.

Он пристроил ее ногу поверх своего бедра и скользнул в нее.

— Лорджин! — Ее глаза широко распахнулись.

— Вот видишь! Если у тебя есть проблема, только попроси меня.

Она обвила его шею руками:

— Что мне с тобой сделать?

— Поцелуй, — выдохнул он.

Когда они оделись, Лорджин вытащил что-то из плаща и попросил Дину сесть рядом с ним на постель. Она увидела, что в руках он держит три черные полоски, шитые золотом. Ей показалось, что она узнает некоторые символы: такие же были нашиты на его плаще. Пристроившись позади нее, он велел ей повернуться к нему спиной.

— Увидишь. — Его ловкие руки делили длинные волосы на прядки.