Две полоски

Так приятно видеть Аленку счастливой, довольной и - озабоченной.

Правда, сейчас она крайне недовольна. И причина постигшего ее горя, конечно, я!

***

Алена

Драное нечто в руках Мирона - все, что осталось от моих белых, очень сексуальных свадебных трусиков. Слишком сексуальных!

Когда Мирон их увидел, да еще и в сочетании с белыми чулками на поясе, у них с дровосеком снесло башню.

Мы ехали в лимузине в тот самый загородный дворец, где будет проходить церемония бракосочетания. Лимузин был шикарный, с перегородкой, отделяющей водителя от пассажиров. И, как вы думаете, какая гениальная идея осенила Мирона, когда мы остались одни?

Чем он только думал! Известно чем - дровосеком.

Он решил, что заняться сексом за полчаса до свадьбы - гениальная идея. Видите ли, он так меня хотел, что ждать до вечера, до того момента, как гости, наконец, оставят нас в покое, просто не мог!

Ладно, не будем валить все на него. Я тоже его хотела. Сегодня с раннего утра было столько суеты: парикмахер, визажист, фотограф, снимающий меня для фотосессии “Утро невесты”. К сожалению, утренний секс с будущим мужем в план фотосессии не входил. Это был бы уже контент только для взрослых!

В последний месяц со мной творится что-то невероятное.

Когда я осторожно намекнула своему врачу, что со мной что-то не так, она расхохоталась:

- Наслаждайтесь! С вами все в порядке. Это гормоны. У многих так бывает - на третьем месяце повышается сексуальное влечение.

Еще как повышается. Я опасаюсь, что скоро Мирон начнет от меня бегать и прятать своего дровосека!

Я пристаю к нему утром, перед работой, в обед, если он успевает приехать. И, конечно, вечером. И даже ночью, проснувшись где-нибудь в полночь от эротических снов.

И во сне, и наяву происходит примерно то же самое - беспощадный и бескомпромиссный секс.

Но заняться этим в лимузине, по пути на собственную свадьбу, придумала не я. А Мирон. Я даже пыталась сопротивляться его напору и своему желанию. Боялась за прическу и макияж. Но Мирон меня уверил, что на верхнюю часть он покушаться не будет. Разве что запустит руку в вырез платья. Ну как не потискать близняшек!

В итоге он так завелся, так яростно срывал с меня ажурные белые трусики, что порвал их в клочья. И теперь я буду выходить замуж без трусов!

Потому что до церемонии всего полчаса, магазинов по пути нет - мы почти за городом.

Да и времени на поиски белья тоже.

- Хочешь, я тоже сниму? - спросил Мирон.

- Что? - не поняла я.

- Трусы. За компанию. Тебе будет спокойнее, если ты будешь знать, что мы в одинаковом положении?

Мирон начала стаскивать брюки, которые и так были спущены до колен. Расшнуровал ботинки, снял штаны и избавился от своих темно-синих боксеров. А потом снова принялся натягивать брюки.

Я наблюдала за его переодеванием, с трудом сдерживаясь от смеха.