Дракон моих кошмаров, или Не злите Ведьму (СИ)

Ты пытаешься задурить мне голову и запереть меня в клетке, пока сам будешь развлекаться с неистинными!

– Откуда ты все время берешь этот вздор?! – выпалил Эзер, стартанув с места. И я рефлекторно попятилась назад, но дальше стены уйти не смогла. – Да я с тех пор, как встретил тебя, ни на одну женщину больше смотреть не хочу!

Кому он рассказывает?! Я тысячу раз видела его с разными красотками, не говоря уже об адептке, к которой он приставал, будучи ее профессором! За идиотку принимает?!

– Дурой я буду, если поверю тебе, – сказала я скорее себе, чем ему.

– Ты издеваешься или, в самом деле, не понимаешь, что ты для меня значишь?!

– Что значу?!

– Все! – произнес дракон, впиваясь неистовым обескураживающим взглядом, а затем решительным движением сгреб меня в охапку и опалил губы поцелуем.

Я пискнула. Уперлась ладонями в его грудь, собираясь оттолкнуть, но не вышло.

О Стихии, спасите!

Глава 24

Руки отказались мне подчиняться. Ураган пылкого, страстного и в то же время невероятно чувственного поцелуя вскружил голову так, что я не захотела сопротивляться.

Не успела даже сообразить, как сама впилась в Эзера так неистово, словно он был водой, которую я жаждала все эти годы, бродя по жаркой пустыне.

Он был нужен мне как воздух. И я хотела дышать все глубже."

"Руки сами скользнули в его волосы, не позволяя отстраниться от поцелуя. Где-то в глубинах сознания Рина кричала мне: «Остановись! Пожалеешь! Не верь ему», но я не слушала ее. Вся растворялась.

В глазах темнело, поцелуи посыпались по коже. Пальцы плавили талию и бедра. Комната закружилась на мгновенье, и вместо жесткой стены моя спина прислонилась к мягкой постели…

Нет, так нельзя! Или можно?

– Стой! – я простонала.

И, пока вернувшееся сознание вновь от меня не ускользнуло, отползла.

– Что такое? – не понял Эзер. Он словно был пьян.

Опьянён мной.

И хотел продолжать упиваться дальше, но не смел даже шелохнуться, глядя на меня как на мираж, который может испариться от одного неосторожного движения.

И я должна была испариться, вот только почему-то не хотела.

– Уходи, пожалуйста, – попросила я его.

Не нагрубила. Не послала, а чуть ли не умоляла. Потому что понимала, если сейчас он притронется ко мне вновь, то я уже не смогу сопротивляться.

Откуда у него такая власть надо мной?

Это метка истинности? Или все-таки я сама?

Как бы ни хотелось это признавать, а Эзер всегда цеплял меня. Но проще было убедить себя в том, что я его ненавижу и презираю, нежели в том, что страдаю от неразделенной любви, как одна из его бесчисленных воздыхательниц.

– Рина…

– Пожалуйста! – выпалила я, прижимая к груди растрепанную блузку.

– Я к тебе больше не притронусь. Но не уйду. Ладно? – спросил он, точно взрослый у испуганного ребенка. Наверно, такой я и выглядела сейчас.