Лисья нора

Когда дверь открылась, все четверо замерли и уставились на вошедшего.

Эндрю пришел в себя первым. Щелчком отправив окурок на улицу, он ухмыльнулся.

– Ошибся дверью, Нил. Попробуй еще разок.

Аарон поставил игру на паузу и посмотрел на Ники.

– Мы закрывали, – произнес он на немецком, скорее утвердительно, чем вопросительно.

– Я сам проверял, – отозвался Хэммик, а потом дружелюбно обратился к Нилу, переходя на английский: – Я слыхал, Мэтт вернулся. А с Дэн и Рене ты уже познакомился?

Лживость их слов и улыбочка Ники привели Нила в бешенство. Раз братья намерены переговариваться на немецком, думая, что они хитрее всех, – Нил до последнего будет держать в тайне знание языка.

Однако это не помешает ему дать отпор прямо сейчас. Сосредоточив всю свою злость на Кевине, он рявкнул по-французски:

– Не смейте трогать мои вещи! – Казалось бы, изумление на лицах всей компашки, вызванное его иностранной речью и свирепым тоном, должно было доставить Нилу заслуженное удовольствие, однако он ничего не чувствовал. – Еще раз сунетесь, куда не положено, сильно пожалеете, обещаю."

"Молчание тянулось целую вечность. Ники с разинутым ртом пялился на Нила, Аарон же вопросительно смотрел на Кевина, ожидая услышать перевод.

Удивление Эндрю сменилось эмоцией, которую по ошибке можно было принять за искренний восторг.

– Ого, очередной талант нашего Нила, – протянул он, подавшись вперед. – Сколько дарований в одном человеке!

Нил продолжал сверлить взглядом Кевина.

– Скажи, что понял.

– Понял, – произнес Кевин на французском. – Но мне насрать.

– А зря. Я две недели позволял себя кошмарить, потому что знаю – ты на нервах из-за смены округа, но больше терпеть не собираюсь.

Сегодня вечером Эндрю обо всем узнает, так что лучше бы тебе отвалить от меня и подумать, как будешь его утихомиривать.

– А тебе лучше бы подумать о своей рукожопости. С Эндрю я как-нибудь сам разберусь.

– Да уж разберись. Придержи своего ручного монстра, иначе это сделаю я.

– Ты? Такое мелкое ссыкло?

– Пошел на хуй, калека.

Даже с другого конца комнаты было заметно, как побелело лицо Кевина.

– Что ты сказал?

– Я сказал, что ты – отработанный шлак.

Кевин вскочил так резко, что опрокинул стул. Нил, пятясь, вышел из комнаты и захлопнул за собой дверь.

Он не сделал и двух шагов, как дверь снова распахнулась. В следующее мгновение Кевин схватил его за горло и швырнул об стену. Нил вцепился в его пальцы, стараясь ослабить хватку, потом попытался двинуть коленом, но Кевин придавил его к стене всем своим весом.

– Повтори, блядь! – прорычал он.

Нил не мог произнести ни звука – горло сдавливала рука Дэя, – но это уже не имело значения. Вопль Кевина и грохот, с которым Нил ударился о бетонную стену, заставили Лисов высыпать в коридор.