Двойник Короля

Слуга должен ответить на мои вопросы и закрыть слепые пятна в моём понимании этого мира. Позволил себе ненадолго закрыть глаза и немного выдохнуть.

* * *Кабинет Магинского

Глава сидел и смотрел в окно. Пришлось пойти на крайние меры, чтобы род не потерял всё. Почти двадцать лет назад произошла ошибка или случайность. А сегодня именно она позволила единственному наследнику Магинских получить магический источник.

— Наглый, самоуверенный, дерзкий. Он даже не испугался, — перечислял качества двойника Павла Георгий.

— Хватит его хвалить! — улыбнулся Магинский.

— Господин, — склонил голову слуга. — Вы могли заставить, а дали свободу действий. Я не понимаю.

— Глаза… — тихо произнёс глава рода. — У него они горят, как когда-то у меня. Таких нельзя сковывать. Лучше пусть действует сам, а мы его направим.

— Вы уверены? — спросил Георгий, наблюдая за Ярославом Афанасьевичем.

— Да, — сухо ответил мужчина. — Или так. Или…

— Вам нужно поберечь силы, — подал лекарство слуга. — Нельзя напрягаться и волноваться.

— Какой смысл? — отпил из чашки глава рода. — Моя болезнь никуда не денется. Я уже смирился. А вот будущее может свернуть на другую дорожку.

— Но этот… мальчик, — дёрнул щекой Георгий. — Он совсем не похож на Павла. Совершенно другой характер.

— Очень на это рассчитываю, — хмыкнул Магинский. — Мой внук бы не справился со всем, что его ждёт. Ты же знаешь, это только начало. От нас не отстанут.

— Когда вы собираетесь ему рассказать? — слуга искренне переживал за своего хозяина.

Болезнь у Ярослава Афанасьевича появилась десять лет назад. Как раз после потери земель с рудниками. И с каждым годом она высасывала из него жизнь. То, что Магинский ходит и говорит, вообще чудо.

— Точно не сейчас, — хмыкнул глава рода. — Пусть пока оглядится, поймёт, что к чему.

— Мне следить за ним? — уточнил Георгий.

— Нет, — махнул рукой Магинский и закашлялся.

Когда мужчина посмотрел на свою руку, на ней были капли крови.

— Уже добралась до лёгких, — оскалился глава рода.

* * *В мою дверь постучали. Мелькнула мысль: «А вот и он».

— Заходи, — сказал я, ожидая слугу.

Но в проёме появилась совсем не та фигура. Вместо Георгия на пороге стояла мать бедолаги, который погиб в попытке усилить род.

— Сынок, — тихо произнесла женщина, медленно подходя ближе.

Она двигалась легко и плавно. Виктория опустилась на край моей кровати, её взгляд был таким же мягким, как голос.

«Твою ж…» — пронеслось в голове. Неужели не смогли её занять чем-то более важным?

— Ма-ма… — произнёс я.

Это слово сорвалось с губ неожиданно. Я не произносил его так давно, что оно прозвучало как-то чуждо и неловко.

— Что случилось? — улыбнулась она. Смотрела с такой нежностью, что на миг я почувствовал укол совести.