Его маленькая большая женщина

Он растирает их пальцем, тяжело дыша. И лишь одна мысль затмевает все вокруг — у нее никого не было до него. Он — первый.

Полина в прострации. Лекции проходят мимо ее внимания. Она вообще ни на чем не может сосредоточиться. Что это было? И как с этим жить? Поля не думала, что так бывает. Не представляла просто. Если она согласилась на такую роль, то это ведь нельзя расценивать, как насилие? А как расценить тогда? Это было добровольно? И сможет ли она все это повторить? А может вообще она зря парится! Ну что такого, если уж разобраться, произошло? Ласки? Минет? Так кого этим нынче удивишь? У них в приюте лет с пятнадцати для большинства девчонок это было в порядке нормы. Или все дело в мотивах? Относилась бы она ко всему проще, если бы это происходило по любви?

Полина не помнила, как добралась домой, как готовила ужин. Руки что-то делали: резали, терли, помешивали. Пришла в себя от шума в прихожей.

— Привет. Чего сидишь в темноте?

Поля растерянно оглянулась. И правда — ночь за окном. Точнее, поздний вечер, но зимой — все равно, что ночь. Неопределенно пожимает плечами, что тут скажешь?

— Голодный?

— Нет, поел с ребятами. Ты как? — испытывающий взгляд из-под нахмуренных бровей.

Булат понимал, что для Полины все происходит слишком быстро, что она к этому банально не готова, но и менять себя, свои требования к партнеру в угоду девичьей скромности был не намерен.

— Я? Ничего Нормально все.

— По-моему, я вчера тебя эээ несколько напугал.

— Нет, что ты — Поля вспыхнула и отрицательно замотала головой.

— Я это к чему вообще, — продолжил Булат, совершенно не обращая внимания на ее попытки все отрицать, — взвесь все, Полина, подумай хорошенько еще раз. Не готова ты к такой жизни. Тебе бы пацана прыщавого, сердечки и прогулки под луной. А со мной будет так, как вчера. Но если вчера я еще терпел твою скованность, то в следующий раз не потерплю. В постели нет места стеснению. По крайней мере, в моей — так точно. Так что, Полина? Вот — Бог, вот — порог, как говорится. Твои проблемы с соседями я решу, в качестве бонуса за подаренную невинность, — криво улыбнулся Булат.

Полина отчаянно замотала головой. Она уже столько всего пережила, а теперь остановиться на половине пути? Ну, уж, нет!

— Нет, Булат, нет! Я не хочу никуда уходить. Мне все нравится!

Мужчина насмешливо приподнял бровь:

— Даже так?

— Не знаю! — отчаянно воскликнула Полина. — Просто я понятия не имею, что делать и как Я же ни с кем не была! Я даже что чувствую, не могу разобрать — больно очень было в первый раз — это да, а потом и жарко, и душно, и сжималось все, и еще хотелось… Наверное.

— Это хорошо, раз еще хотелось, — улыбается. — А делать можно все, что хочется. Не заморачивайся. Потому что запретов нет.