Его бывшая слабость

Недолго думая, Глеб проникает в мой рот языком. Пальцы трепетно поглаживают мою шею. А я притягиваю его теснее. Надеюсь, в вертолете не слишком много народу?

— Однажды ты сведешь меня с ума, — хрипит он в мой приоткрытый рот.

— О чем ты? — усмехаюсь я. — Это же всего лишь невинный воздушный поцелуй.

— Забавный каламбур.

Ловлю его удовлетворенный хмык губами, собираясь продолжить начатое, но вдруг натыкаюсь пальцами на мокрое пятно на его плече.

— Черт! Тебя же ранили! — В душе зарождается паника, когда я вспоминаю, как после того, как он отобрал у Лары пистолет, по его рубашке стало расползаться алое пятно.

— Не-не, — отмахивается муж, — это меня водой из крана обдало. Ты же видела, как он на всю кухню зафонтанировал?

Ах ты ж…

— Не смейте мне врать, мистер Голд! — рычу я, поднимаясь с его колен.

— О как? — усмехается он. — А мне нравится. Назови-ка меня так еще разок?

— Не дождешься! — ворчу я, игнорируя его попытку перевести тему.

— Ань, ну правда…

Придвигаюсь ближе к его плечу и принюхиваюсь. Точно ведь кровью пахнет. А он еще врать вздумал!

— Я понял, — соглашается наконец Глеб. — От тебя и от слепой ничего не утаишь. Но там честно, просто царапина.

— Разве ж царапина будет так кровить? У тебя до сих пор вся рубашка мокрая! — неистовствую я. — И ведь стопудово даже не додумался у скорой попросить первую помощь? Со мной, небось, на руках таскался и не до того было?

— Ладно, — неожиданно соглашается он. — Сейчас тебя сдам — и займусь своей царапиной. Благо у меня друг — пластик. Заделает так, будто и не было ничего.

— Куда сдашь? — выхватываю я и холодею.

Глеб неопределенно пыхтит, будто ругая себя за то, что проболтался. Обнимает меня за плечи и притягивает к себе.

— Я с врачом созвонился, который должен тебе делать операцию по зрению. Он сказал, что еще есть шансы.

— Нет!"

"— Ань, надо, — безапелляционно говорит муж.

— Нет, Глеб! Она еще слишком маленькая! Нельзя!

— Анют. Я вас никогда не оставлю. Но на случай, если со мной что-то случится, я должен быть уверен, что ты сможешь позаботиться о себе и о наших детях.

— Ничего не случится! Не говори так… Погоди, детях? — Меня сбивает с толку это слово.

— Ты ведь не думала, что мы остановимся на Злате? — усмехается муж и целует меня в кончик носа. — План такой: у нас будет трое или четверо детей. Непременно. И я хочу, чтобы ты могла их видеть.

— Глеб, умоляю. Давай сначала дадим Злате окрепнуть! — Меня начинает накрывать паника, когда я понимаю, что он не оставляет мне выбора.

— С ней все будет хорошо. Мы и так выждали рекомендованное доктором время. И даже больше.

— Но все равно еще слишком рано! — Кажется, у меня сейчас истерика начнется.