Его бывшая слабость

Спина вдруг упирается во что-то твердое, но на удивление теплое. Огромная рука обхватывает меня за плечи, прикрывая грудь под тонким кружевом.

Витя, который не проронил ни звука с тех пор как вошел, находится первым:

— Глеб Виталич, я пытался их остановить, чтобы сначала вас предупредить, но…

— Я понял, Вить. Теперь берешь этого обсоса и ждете своего наказания снаружи. Еще раз твои глаза застанут мою жену в полуобнаженном виде — это будет последнее, что они увидят. — Интонация вроде спокойная, но некие неуловимые нотки вынуждают всю троицу едва заметно пятиться к входной двери. — А тебе, Гарик, настойчиво рекомендую больше не появляться в моем доме. Не то в следующий раз ты можешь остаться и без своего длинного языка, и без других жизненно важных для мужика органов!

Витя кивает и, подхватив Гарика под локоть, выходит из дома.

— Лариса, в кухню! — продолжает раздавать указания Глеб.

Девушка недовольно хмыкает, но все же подчиняется.

— За идею, пятерочка, Невеличка, — обжигает мое ухо шепотом Глеб, — но с сожалением вынужден просить тебя одеться. Это не дом, а какой-то проходной двор!

— Не злись только, — прошу я, поворачиваясь к нему и утыкаясь лбом в его губы. — Все будет хорошо. Мы разберемся. И Ларе все объясним. Она ведь просто за тебя переживает, вот и хамит.

— Не буду злиться. Но если ты не виновата, то чего нос повесила? Меня-то по стойке смирно строишь, а тут растерялась. Ну-ка, подбородок повыше! Иначе я начну сомневаться в твоей невиновности.

Поднимаю голову, задирая подбородок, как велит любимый.

— Значит, ты веришь мне?

— Не имею права. — Он поглаживает мою шею и легко касается губ.

И это прикосновение, такое родное и уютное, словно договаривает за него все недосказанные слова. Не имеет права, но верит. Не может признаться, но любит.

Глава 33.АНЯ: И кто у нас тут жертва?

Прячусь за дверью своей комнаты, чтобы поскорее привести себя в порядок, а заодно собрать всю имеющуюся решимость защитить свое! Глеб велел мне быть сильной. Значит, я просто обязана! Все верно. Он пока не сможет сам отстоять нас. Просто потому, что еще не уверен, стоит ли вообще отстаивать. Поэтому ему необходимо чувствовать мою непоколебимость. И я не подведу!

Влезаю в первое попавшееся в шкафу платье и выдыхаю, поворачиваясь к зеркалу. Я справлюсь! Глеб сам дал мне аргументы побороться!

— Я докажу, что ваш брак фиктивный! — слышу излияния Ларисы, открывая дверь комнаты. — Что она попросту окрутила моего брата с целью наживы, пока он еще не успел оправиться от комы!

— Ты не станешь ничего делать! — рычит Глеб. По тембру голоса слышу, как он нервничает. Все верно: бодаться с сестрой ради девушки, в чьей преданности даже не уверен, — морально непростая задача.