Фиктивный наследник магната. Не.Родные

- Дан, доброе утро, - приближаюсь к мальчику. – А я-то думаю, что за шпион проник в…

Выпускаю фен из рук, и он с громким треском бьется об пол. Панически хватаю ртом воздух.

На миг меня почти парализует.

Дан сидит возле открытого шкафа. Вокруг – разложены всякие мои мелочи, которые ребенок с интересом разглядывает. Играет.

Мне не жалко для него ничего, однако…

Рядом с ним… Мой. Рюкзак. Расстегнутый!

Но ведь внутри…

- Даниэль, нет! – кричу на племянника и подлетаю к нему, словно фурия.

Рывком выхватываю рюкзак.

Малыш выравнивается по стойке «Смирно», смотрит на меня широко распахнутыми от испуга глазами.

Дышит часто и сбивчиво. Вот-вот заплачет. Я ведь никогда раньше голос на него не повышала. Но в эту секунду…

Как же мне страшно!

Я падаю перед Даном на колени, резко хватаю его за щеки и надавливаю, заставляя открыть рот. Делаю это чересчур грубо, судя по реакции малыша. Но мною движет страх. За его здоровье. И, возможно, жизнь.

Игнорируя жалобное хныканье племянника, заглядываю в его рот, под язык.

Ничего. И следов нет.

Отпускаю.

Дан растерянно прижимает ладошки к своим пылающим щечкам. Моргает обиженно, сжимает губы.

А через секунду сбегает от меня в слезах.

- Прости, Да-ан, - стону ему вслед.

И перевожу внимание на рюкзак.

У меня трясутся руки, пока я переворачиваю его содержимое.

Пожалуйста, хоть бы Дан не добрался… А если таблеток все-таки успел наглотаться? Господи.

Тогда догнать надо. Яну все рассказать. Плевать, пусть орет на меня. Убить даже может. Заслужила!

Только бы с ребенком ничего не случилось.

Что в таких ситуациях делают? Скорую надо вызвать? Потом… промывание?

И все из-за меня.

Пожалуйста, нет!

Лихорадочно открываю «аптечку», перебираю все баночки.

У большинства – крышки с защитой от детей. Случайно так получилось. Мне они удобными показались. И не зря.

Вдох. И очень долгий выдох.

Все на месте. Банки закрыты. Лекарства не рассыпаны.

- Спасибо, боже, - хнычу с облегчением.

Но тут же подрываюсь на ноги. Сжимая в руках «аптечку», мчусь в ванную.

Наклоняюсь над унитазом, по очереди открываю каждую проклятую баночку – и высыпаю ее содержимое, смывая большим количеством воды.

Все мои «запасы» утекают в канализацию.

К черту!

Руки все еще дрожат, сердце колотится об ребра, грозясь сломать грудную клетку.

Опускаюсь прямо на туалетный коврик. И неожиданно для самой себя срываюсь в истерику.

- Я отвратительная тетя, - ругаю себя вслух. – Отвратительный человек. Все порчу, к чему прикасаюсь!

Закрываю лицо руками, позволяя слезам течь в ладони. Моя спина содрогается, легкие сдавливает тисками, в горле скручивается ком.

Не знаю, сколько времени провожу так. Сидя возле унитаза."

"Сначала плачу. Потом смотрю в одну точку. Не вижу ничего вокруг, кроме туманной дымки.

Наконец, заставляю себя подняться.