Механики. Часть 1 - 51

— Правильно, если глупить не будете, то у вас с деньгами и властью и так всё хорошо будет, но наркота — точно табу! Почему я сказал про военного или власть имущего? Ну, если его ребёнок станет наркоманом?

— В случае гибели его ребёнка, военный будет мстить, – ответил Шун – и его ничто не остановит, хуже мстителя-одиночки нет ничего, а власть имущий подключит все свои связи. Проблемы точно не нужны.

— Согласен, – произнёс Цен – военному будет нечего терять — тут ствол у каждого, и откуда прилетит — непонятно. А уж сколько наркоманов за дозу на всё пойдут, – он махнул рукой и вздохнул – видел я таких, ужасное зрелище.

С минуту сидели молчали, я взял бутылку и разлил по стаканам спиртное.

— Ну, а теперь выпьем – подмигнул я Шуну.

— Кто же вы такие? – едва слышно произнёс Фук, и Шун тут же цыкнул на него.

Видимо, эти вопросы у них были под запретом.

— Всему своё время, мужики, – не отвлекаясь, ответил я – не спешите.

Так, за неспешным разговором мы засиделись до полночи. Вчера как-то не до этого было, то гостей ждали, то новости смотрели, а сегодня уже чуток расслабились.

Глава 2.

13 июня. Севох. Александр.

Проснулся я от нереального воя многочисленных сирен, а, спустя несколько секунд, еще и громких выстрелов. Если сирены я ещё слышал как-то сквозь сон, то когда громыхнуло — сон как рукой сняло! От этих бабахов я буквально свалился с кровати и тут же схватил автомат, озираясь по сторонам — мозг ещё не врубился, что происходит. Рядом крутили головами ребята— те, кто проснулся. Слива, вон, только храпака даёт!

— Это что такое, мать вашу? – спросил я у всех, прислушиваясь к канонаде где-то недалеко от нас.

— Звери напали на стену – спокойно пробурчал из-под одеяла Фук и перевернулся на другой бок.

Я машинально посмотрел на часы —  ох ты ж, 11 утра , неплохо. А грохотало-то действительно сильно, то и дело слышались выстрелы из пушек и стёкла в окнах казармы периодически дрожали.

Тут сирены, повыв еще несколько секунд разом заткнулись.

— Третья мировая началась? – вскочил с кровати Паштет.

Помятый Котлета уже стоял в одних семейных трусах, почему-то в красных, и в руках у него была бензопила.

— В ружьё! – заорал свалившийся с кровати Упырь.

— Мамуля, вставай – пнул его кровать Котлета.

— Хорошо лупят-то – крутя головой и прислушиваясь сказал, сидя на кровати Большой – явно крупный калибр.

— Ты пушки на стенах видел? – хмыкнул Маленький.

Меж тем стрельба продолжалась и даже, кажется, усиливалась.

— Мы так и будем тут сидеть? – начал метаться по казарме Котлета с бензопилой, сверкая своими красными трусами.