Еще один шанс

Вот олень, готовый сорваться с места и бежать от опасности. Вот притаившаяся рысь на ветке дерева. А вот вставший на дыбы медведь. Взяв в руки фигурку своего тёзки, Мишка принялся вертеть её во все стороны и неожиданно понял, что это тот самый гигант, шкура которого висит у него в доме. Малость охренев от такого открытия, парень удивлённо посмотрел на юного художника и, покачав головой, спросил:

– Как у тебя это получается? Это же тот самый медведь, который через перевал пришёл.

– Признал, – радостно улыбнулся Илкен.

– Да как тут не признаешь, ежели его морда мне до сих пор иногда снится, – фыркнул Мишка.

 – Ты и вправду мастер. А соседушку моего вырезать сможешь?

– Конечно.

– Сделай. Я этого тут оставлю. На память. А того домой заберу, – пообещал Мишка лучащемуся от удовольствия пареньку.

* * *"

"Сумерки медленно сгущались, и таёжные тени начали превращаться в мифических чудовищ. Глядя на этот театр теней, Мишка вдруг понял, откуда в русском фольклоре столько описаний всякой нечисти и нежити. Человеку с богатой фантазией в подобные часы может и не такое привидеться. Особенно если он на нервах. В очередной раз вздохнув, парень плавно приложил к глазам бинокль и всмотрелся в подлесок.

Вот уже пятый час они сидели по засидкам, выжидая, когда к приманке подойдёт зверь. Основная ставка была, конечно, на волков. В этом плане с ними было гораздо проще. Стая, осознавая свою силу, вполне могла рискнуть атаковать даже более грозного противника. Что говорить, если оголодавшие звери запросто могут задрать взрослого медведя, окажись он между ними и добычей.

Умение охотиться стаей у волков в крови. Другое дело – росомаха. Это зверь-одиночка, но при этом свирепый и очень упрямый.

Даже серьёзно раненная, она не отступит и будет драться до последнего, стараясь добраться до глотки противника. И именно этим они были самыми опасными. Выносливые и сильные, они могут сутками гнать жертву, выжидая, когда она свалится без сил. Оглядев самые дальние кусты, Мишка перевёл бинокль поближе и, чуть вздрогнув, замер.

А спустя пару секунд над тайгой раздался посвист сойки. Это был сигнал от парней, что они видят зверя. Спустя минуту с другой стороны раздался треск сороки. Ещё один. Похоже, сидели они тут не зря. Оставив бинокль висеть на ремешке, переброшенном на шею, Мишка откинул колпачки с прицела и плавно поднял винтовку.

Наведя её на то место, где заметил какое-то шевеление, парень невольно вздрогнул. Светящиеся глаза росомахи, казалось, смотрели прямо ему в лицо.

«Твою мать! Так и заикой стать недолго, – мысленно сплюнул парень, отслеживая каждое движение животного. – Ну, давай, косолапая. Вылезай. Там же так вкусно кровью пахнет. И людей нет. Даже запаха железа не прослеживается. Тихо всё. И жрать сильно хочется. Ну, вылезай».