Еще один шанс

Твоими стараниями мой отдел по закупке валюты уже в первых числится. А это, друг мой, совсем не шутки.

«Свободные от учёта средства для работы в других странах, – хмыкнул про себя Мишка. – Ещё один плюсик к твоей карьере».

Офицер запер свой кабинет и быстро сбежал по лестнице, неся в руке трофейный саквояж. От всех бумаг он успел освободить его ещё во время разговора с пленным, так что ничего кроме денег там не было. Они не спеша прошлись до здания банка, где Мишка получил на руки всю причитающуюся ему за валюту сумму. Потом, вернувшись к контрразведке, Мишка отвязал коня и, попрощавшись с контрразведчиком, прыгнул на облучок.

Вернувшись в станицу, он первым делом навестил атамана. Отдав ему деньги, Мишка выслушал кучу хвалебных отзывов своим талантам стратега и отправился домой. То, что раздел добычи поручили атаману, было естественно. Укрывать добычу от станичников было не принято. Тем более что всё остальное, навроде оружия и боеприпасов, реализовывалось через местных торговцев. В общем, атаману предстояло после всех коммерческих операций удержать часть средств в казну сотни, а остальное разделить между теми, кто участвовал в операции.

"Едва войдя в дом, Мишка с ходу подхватил на руки заплаканную Танюшку и, прижав её к себе, уселся на лавку у двери. Чуть слышно всхлипывая, девочка доверчиво прижалась к нему и притихла, обхватив ручонками за шею. Понимая, что все слова сейчас будут лишними, парень просто обнял ребёнка, ласково поглаживая по спинке. Так их и застали женщины, вернувшиеся с огорода. Это Мишка понял по испачканным землёй рукам обеих. Увидев его, тётка испуганно ойкнула и тут же повалилась на колени. Настя отстала от неё буквально на пару секунд.

Вздохнув, Мишка пересадил Танюшку поудобнее и, откашлявшись, устало велел:

– Встаньте уже. Чего уж теперь-то.

– Прости, Мишенька! – взвыла тётка не хуже пароходной сирены.

– Не голоси, мама Глаша, – скривился парень. – Чем полы подолами мести, лучше бы на стол собрали. Есть охота.

– Ой, я сейчас, Миша, – подскочила Настя ошпаренной кошкой.

Спустя пять минут стол буквально ломился от разносолов. Женщины и вправду постарались. Даже штофик с водкой выставить рискнули. Укоризненно посмотрев на спиртное, Мишка перешёл к столу и, усадив Танюшку рядом с собой, проворчал, глядя на стоящих в сторонке женщин:

– Садитесь к столу.

– Миша, ну, не сердись, – тихо попросила Настя, погладив его по руке.

– Да не сержусь я, – вздохнул парень. – Это поначалу готов был плетью шкуры с обеих спустить. А теперь… – он замолчал, растерянно махнув рукой. – Ну когда вы поймёте, что я ничего просто так не говорю? – не удержавшись, спросил он.

– Так думали, забылось всё уже, – растерянно призналась Глафира.