Я (не) ведьма

— Я виновата еще и в том, что вы, добрый сэр, имеете привычку подглядывать за замужними дамами?!

— Только если дама сама этого хочет!

Он уже обнимал меня за талию так крепко, как будто решил переломить меня в поясе, и глаза у него были безумные. Я и сама потеряла разум, раз позволила зайти этому так далеко.

— Отпустите, — велела я, мигом растеряв всю ярость и смелость.

— Думаете, я смогу это сделать? Сейчас? — одной рукой он схватил меня за затылок и посмотрел на мои губы.

— Отпустите, — я уперлась ладонями ему в грудь, — иначе вы ничем не лучше брата короля!

— И только вы виноваты, что рядом с вами все мужчины превращаются в животных!

Я еще не успела понять, чего хочу больше — чтобы он отпустил меня или чтобы поцеловал, когда раздался треск сучьев, топот, и наперерез нам выскочили брат короля и трое его слуг — все с кинжалами наголо, а у брата короля рука была наскоро перетянута полотняными бинтами.

— Вот она! — заорал бородач Рон.

Гарольд ткнул в мою сторону острием кинжала и заорал, бешено вращая глазами:

— Отойди от нее, Рэндел! Она заговорит тебя и соблазнит, как соблазнила меня! А потом попытается убить! Она — ведьма!

Рэндел отпустил меня тут же, и я поспешно стянула на груди края разрезанной рубашки, и крикнула, возмущенная ложью брата короля:

— Неправда! Я — не ведьма!

— Она колдунья! — продолжал орать Гарольд.

— Она наслала на нас оборотня! Он загрыз Дикси! Но я смог отрубить оборотню ухо… Вот, смотри!

Он вытянул здоровую левую руку, держа что-то лохматое и окровавленное, размером с суповую миску. Я в отчаянии оглянулась на сэра Эдейла. Он не смог сдержать изумления и приподнял брови. Я прекрасно понимала его — и я никогда в жизни не встречала таких гигантских волков.

И обвинения брата короля выглядели правдоподобно — особенно сейчас, когда Эдейл сам обвинил меня в том, что я свожу с ума всех мужчин, которые оказываются рядом.

Я пришла в отчаяние — еще немного, и мой единственный защитник откажется от меня.

— Не верьте, добрый сэр! — сказала я как можно тверже, обращаясь к Эдейлу. — Не отдавайте меня ему на поругание. Мой муж щедро наградит вас, а я буду до смерти молить Бога за своего спасителя.

Он слушал молча и напряженно, а Гарольд бросил отрубленное ухо в мешок, услужливо подставленный пажом, и вытер ладонь о штаны.

— Поверь мне, — сказал он. — Она и правда — ведьма. Ее надо передать инквизиторам. Там быстро разберутся с ее колдовством. После того, что она сделала…

— И что же она сделала? — спокойно спросил Рэндел и шагнул вперед, загораживая меня. — Наверное, жестоко тебе отказала?

Гарольд дернулся, как от удара.

— Она — ведьма! — повторил он. — Она заманила меня в чащу, а потом вызвала оборотня.

— Это был дух Баллиштейна! — сказала я, высунувшись из-за спины сэра Рэндела.