Я разобью твоё сердце (СИ)

Это сильно выводит меня из себя.

— Да по хуй мне, кто тебе нравится! Лиза — моя! Плохо слышно, блядь, алё? — толкаю его в плечо. Он пихает меня в ответ. Вспышка агрессии поджигает нас обоих. — Я тебе реально ебало твое прихуевшее расквашу, и из друзей вычеркну если по хорошему не понимаешь!

Выплевываю это в его морду, которая выглядит застывшей и каменной. Лишь ноздри гневно подрагивают и в глазах сверкают молнии.

— Ты её просто трахнуть хочешь. А я с ней может что-то серьезное замутить хочу!

— Хоти дальше, блядь! Хотеть не вредно, понял?

— Найди себе другую игрушку, Гер. Не трогай её. А с пацанами насчёт машины договорится можно и по другому.

Я сдавленно ржу.

— Не трогать её, чтобы ты её потрогал, да? — вскидываю брови. Наигранно умиляюсь. — Миша — наш правильный мальчик. Не заебало изображать? Как-то ты Ясю быстро забыл, дружок.

— С Ясей мы просто друзья.

— Ну да. И трахаетесь вы просто по дружбе?

— Тебя не касается.

— Так вот и тебя, кого я хочу трахать, тоже не касается. Ясно?

Тит молчит, но взгляд по-прежнему упрямый. Заебал.

Фыркнув, отворачиваюсь.

— Пусть Лиза сама решит, с кем быть, — прилетает в спину.

Ну, сука… Последний нерв лопается, костяшки белеют от напряжения.

С разворота бью Титова по морде. Он ударяет в ответ. Схлёстываемся в драке. Громим раздевалку. У обоих носы текут кровью. Глаза злые, на губах дьявольский оскал. Я готов его прикончить, честное слово!

Нас разнимают парни, которые залетают в раздевалку на шум. Уводят по разным сторонам, подальше друг от друга.

— Да, отпусти, блядь, — рычу на пацанов, что держат мои руки. Сплевываю кровью. Прожигаю Мишу взглядом. — Убогих не трогаю. Сами сдохнут.

Тит сдерживается от грязного ответа, стиснув зубы.

— Нормально, парни, — просит, чтобы его отпустили, изображая уравновешенное состояние.

Он выходит из раздевалки. А я, захватив полотенце, иду в душ.

Уперевшись рукой в стену, подставляю голову под струи холодной воды. Перетряхивает до мурашек. Бр-р-р… Хорошо кипящий мозг остужает. Вода сменяется на теплую и расслабляет мышцы. Выдыхаю, успокаиваюсь. В темноте закрытых глаз возникает образ Лизы, из-за которой сейчас болезненно пульсирует переносица. Поднимаю голову, брызги бьют в лицо, смывая кровь.

Моя девочка, никому не отдам. Особенно Титу.

Какие у неё сладкие губки… М-м-м, как ягодки вкусные. Так бы и съел.

Вспоминаю наш последний поцелуй в общаге. Безудержный и страстный. Как её маленький ловкий язычок ласкал меня в ответ и губки причмокивали от удовольствия. Девичье тело размякло в объятиях, отдаваясь мне. Чувствительная, нежная малышка. Мои ладони отлично помнят наощупь её упругую попку, аппетитные сисечки и сильно скучают, чтобы потрогать их снова. В ушах стоят её томные вздохи, когда пальцами растирал её киску, прижимая к двери.