Я разобью твоё сердце (СИ)

— Гладить хочет. Осторожнее с утюгом, — предупреждаю Тарасовну.

— Ага, — кивает она и заходит к маме.

Мне жестко не хватало мамы в детстве. Её внимания и любви. Сначала она была вся в работе, потом появился брат, он перетянул на себя всё внимание. Я ревновал. Даже порой ненавидел его за это. Он был маменькиным сыночком, талантливым, смышлёным, играл на скрипке, хорошо учился, в общем, гордость родителей. Мы нередко с ним дрались, я как старший побеждал и через тумаки вымещал свою обиду. Потом он серьезно заболел, все над ним кружили. Я же окончательно пропал с радаров внимания родителей. Даже грешным делом желал себе тоже как-нибудь смертельно заболеть, что бы все переживали, заботились, любили меня также как Сашку.

Я на самом деле горячо любил брата. Понял это, когда его уже не стало. Потеряв Сашку, я приобрёл новую боль, она осела грузом в моём сердце. Мать ушла в себя, отец с ней развелся, нашёл себе другую, а я остался один, сам по себе, никому не нужный. Я терпеть не могу жалость со стороны. Дефицит любви — моё привычное состояние, и мне в нём комфортно. Я научился жить без неё и меня всё устраивает. Не надо лезть мне в душу, там кроме трупов ничего нет. Много боли и разочарования — вот что вы увидите, если в отчаянной попытке решитесь всковырнуть корочку на моём эгоистичном сердце. Жестокость и цинизм течёт в моей крови, она питает меня, за счёт неё я и живу. Нет, я не хороший, я такой какой есть. Больше даже плохой, если взвесить, так что не надо надумывать.

Слышишь, Лиза? Не надо надумывать! И хватит уже терроризировать мои мысли! Опять залезла без спроса. А ну, кыш! Исчезни!

Глава 17

Лиза

Почему Герман не отвечает на мои сообщения?

Ехать к нему на занятие или нет?

Звоню. Одни сплошные долгие гудки без ответа.

Глянув на время, решаю всё-таки съездить до него. Добираюсь на метро до знакомого адреса и поднимаюсь в квартиру. Жму на кнопку дверного звонка. Не открывает.

Дома что ли нет?"

"Вздохнув, разворачиваюсь и расстроенно плетусь к лифту.

Вдруг до ушей доносится звук открывающейся двери.

Поворачиваю голову и вижу Заславского на пороге собственной квартиры, он какой-то мрачный и понурый. Болеет?

— Привет, — улыбнувшись, шагаю к нему.

— Чё надо? — грубо отвечает.

Я притормаживаю. Настороженно поглядываю на парня, который явно не в духе.

— У нас с тобой занятие по плану. Я писала, — объясняюсь.

— Больше не нуждаюсь в услугах репетитора. Свободна, — жёстко бросает он.

Его холодные глаза морозят моё растерянное лицо.

— Э-э… — не могу подобрать слов.

Надменная физиономия Заславского кривится в раздражении, как будто не в силах терпеть моё тугодумие.

— Что-то случилось? — решаюсь спросить, потому что в прошлый раз он был более мягок со мной.

Я подумала, что после откровенного разговора мы, наоборот, сблизились.