Я убью тебя, милый
Музыка вела за СЃРѕР±РѕР№, заставляя забыть РѕР±о всем. Муж, убитый на краю березовой рощи… Топкое болотце, укрывшее его труп… Незнакомец в поезде с заточкой в руках… Р'СЃРµ это отступило на второй план, казалось нереальным, далеким и чужим. Молодое красивое тело, как магнит, притягивало взгляды. «Еще, Дашка, давай еще!В» — возбужденно ревел зал. требуя продолжения. Наконец прозвучал последний аккорд, и героиню увели. «Номер отменяется, господа», — в наступившей тишине грустно объявил конферансье. Следующее выступление СЋРЅРѕР№ стриптизерши состоится в РЎР
Вернувшись на прежнее место, он сказал:"
"— Я им хорошо заплатил, и мне разрешили взять спиртное. Ты, наверное, забыла, какое оно на вкус? Даша, может, ты есть хочешь? Сейчас, подожди, я только суну денег, чтобы нас больше никто не беспокоил.
Глеб крикнул охранника. Затем вышел на пару минут в коридор и о чем-то поговорил с ним.
— Ну вот, Дашуля, все проблемы улажены, до утра мы с тобой будем одни. Утром мне надо ехать в Москву. Я сюда по работе приехал, ну, не сюда, конечно, а в этот городишко. Узнал, что ты тут сидишь, и решил тебя навестить. Дашенька, ты меня совсем не слушаешь?
— Глеб, а тут горячая вода есть? — спросила я.
— Нет, моя радость. Тут только холодная, но есть плитка. Сказали, что на ней воду можно подогреть.
— Жаль, а я-то думала, что смогу помыться…
— Подожди.
Глеб постучал в дверь и позвал охранника. Переговорив с ним, он радостно сообщил:
— Я все устроил! Оказывается, в цоколе гостиницы есть душевая с горячей водой и даже настоящая сауна. Сейчас там все подготовят, и мы с тобой будем париться целых три часа!
— Спасибо, — буркнула я, опустив глаза.
— Боже мой, как ты похудела!
Глеб достал спортивную сумку и принялся выставлять на стол продукты. От такого изобилия у меня заурчало в животе. Схватив мягкую булочку, я намазала ее маслом и, давясь, проглотила за пять секунд. Глеб снял пиджак, повесил его на стул и испуганно посмотрел на меня.
— Даша, ты только не переживай, — сказал он. — Я продуктов набрал немеренно. Креветки, трубач, икра красная, икра черная, нарезка… Ты говори, что ты хочешь.
— Как ты все это сюда пронес?
— Дашенька, ты же знаешь, что я умею разговаривать с людьми и имею деньги. Ты бы ела поосторожней, у тебя, наверное, за это время желудок стал, как у котенка…
Я кивнула и подумала о том, что пора остановиться. Так и помереть недолго — с голодухи-то живот набить! Отодвинувшись от стола, я молча уставилась в пол. Глеб почувствовал возникшее напряжение и спросил:
— Даша, а как насчет рюмочки виски?
— Наливай, — пожала я плечами. — Ты и рюмки прихватил?
— Все свое ношу с собой, — засмеялся он. — За встречу!
Я промолчала и залпом осушила протянутую рюмку виски. По телу разлилось приятное тепло. Все-таки виски классная вещь, сразу снимает напряжение!
Глеб изо всех сил старался казаться непринужденным. Ерзая на казенном стуле, он болтал о всякой ерунде, но я даже не пыталась вникнуть в смысл его рассказов. Странное дело, рядом со мной сидит мужчина моих грез, а я нисколько не волнуюсь. Что-то случилось с чувствами, и они не спешат просыпаться… А может, никаких чувств больше нет? А, к черту это самоедство! Приехал — молодец. Как говорится, с паршивой овцы хоть шерсти клок.
Не обращая на Глеба внимания, я накинулась на икру, от икры перешла к осетрине, от осетрины — к копченой курице.











