Измена. Осколки нашей любви (СИ)

Но потом спохватилась, будто сболтнула лишнего. И отвернулась к окну.

Да уж, Алекс Муратов не тот человек, с которым её потянуло бы откровенничать.

И ещё пару дней назад его такое положение дел устраивало идеально.

Но то было пару дней назад.

Теперь, после разговора с Егором и общения с ней, ему требовались кое-какие ответы…

Глава 22

— Этого более чем достаточно, — я поправила уголок брендового пакета, в душе замирая от восторга, который так и не смогла в себе придушить.

Поймала себя в отражении зеркала на выходе из магазина и поморщилась — рыжая копна волос топорщится во все стороны, но лицо — лицо довольного ребёнка, которому в преддверии праздников купили дорогую игрушку.

Муратов отвёз меня в один из лучших специализированных магазинов и буквально настоял на том, чтобы оплатить покупку.

— Я не принимаю ваших возражений, — пресёк он любые мои попытки отказаться. — Я не настолько богат, чтобы экономить на качестве. Если вам так претит тот факт, что я оплатил ваш инструментарий, оставите всё это в коттедже после завершения работы. Такой вариант вас устроит?

Я молча кивнула. Смела с полок всё необходимое, чтобы поскорее покончить с неожиданной поездкой, и мы вернулись в коттедж.

"

"На обратном пути родственник продолжил расспрашивать о Лёшке. Будто вдруг очнулся от летаргии и вспомнил, что у него есть приёмный племянник. Которому по сути-то он совершенно и не обязан был уделять хоть какое-то внимание.

Я не стала устраивать встречный допрос, хоть внимание Муратова и виделось мне подозрительным.

Он ведь всегда держался на расстоянии. Всегда был немногословен в общении, всячески давая понять, что ему на меня наплевать.

Так было с самого начала. С самого дня нашей с Егором свадьбы, где мы с его братом, собственно, и познакомились.

Алекс, так уж вышло, попал с корабля на бал. Он несколько лет провёл за границей по делам собственной фирмы — на родине его ничто не держало, и как рассказывал Егор, его брат с удовольствием мотался по всему миру.

До знакомства я надеялась, мы станем друзьями. После знакомства отчётливо поняла — этого никогда не случится.

Может, он всё же чувствовал вину за тот первый разговор в коттедже, из-за которого я узнала о покупке Егора, и теперь пытался как-то эту вину заглушить?

Я скосила взгляд на своего спутника, распахнувшего передо мной дверь в коттедж, и поёжилась.

Да нет уж, легче поверить, что проснётся совесть у моего мужа и он покается в том, что натворил, чем его брат раскается в чём-то и повинится передо мной.

Но эти размышления отошли на второй план. В конце концов мне предстояла работа.

Мы снова оказались на втором этаже за столом, устланным эскизами, и я заставила себя настроиться на конструктив.

— Хорошо.