Измена. Осколки нашей любви (СИ)

И скрылся на втором этаже, оставив меня свыкаться с мыслью, что в ближайшее время от его компании мне никуда не деться.

Правда, бушевавшая за окном непогода решила внести кое-какие значительные коррективы и в эту непростую для меня ситуацию.

За полчаса до полуночи в коттедже пропало электричество.

Просидев несколько минут в темноте и тишине, я скорей ощутила, чем услышала, как мой сосед поневоле спустился на первый этаж.

— Надеюсь, это не от вашего неосторожного обращения с ножом, — проворчал он. — Сидите на месте. Проверю распределительный щит.

Спустя четверть часа Муратов вернулся с неутешительными новостями.

— Дело не в нас. Мне только что отзвонились. Из-за налипшего снега случилась авария на магистрали.

Жаль, я сейчас не могла видеть выражения его лица, потому что мне очень бы пригодилось хоть немножечко понимать, насколько плачевным оказалось наше с ним положение. Пора начинать паниковать или можно ещё повременить?

— И… что же нам делать?

— Не могу сказать, что выбор уж очень велик, — раздалось задумчиво от порога. — К сожалению, дополнительный источник электроэнергии сюда подвести не успели.

— Лучше, чем никаких, — пробормотала я себе под нос.

— Разбрестись по углам и замерзать в одиночестве, воображая, как могла пройти эта ночь, если бы мой рейс не отменили, а вы за каким-то чёртом не решили поработать 31 декабря. А можем пожаловаться на тяжкую жизнь друг другу. Вероятно, даже при свечах.

В его последней фразе скопилось столько иронии, что её невозможно было проигнорировать. Но подача меня не интересовала — куда больше меня интересовало содержание.

— В доме есть свечи?

— Полно. Дизайнерские и простые. Мне по большому счёту плевать, какие жечь. Думаю, в честь нетривиального Нового года можем пустить в расход дизайнерские.

— Без разницы, — я с готовностью сползла с дивана и, подсвечивая себе телефоном, покралась к выходу.

Почему-то я была уверена, что Муратов уже отправился на охоту за драгоценными свечами. Но ошиблась. Поэтому со всего маха въехала в него на пороге гостиной.

Телефон выскользнул из моей руки и приземлился в стоявшее рядом кресло.

— М-мамочки… — выдохнула я, теряя равновесие.

Но Муратов не позволил мне шлёпнуться мимо кресла. Сильная мужская рука перехватила меня за талию, и через мгновение я снова оказалась прижата к его телу.

От неожиданности меня парализовало.

За всё время знакомства мы с моим деверем ни разу не оказывались в такой непосредственной близости. Ни разу не приближались друг к другу, не говоря уже о родственных объятиях и чём-то подобном.

Несколько мучительных мгновений я таращилась в кромешную темноту, позабыв даже дышать.