Измена. Отбор для предателя (СИ)

— Я думала украсть лошадь, — говорю я.

— Ты еле на ногах стоишь, Элис, ты сейчас даже конфетку у ребенка украсть не сможешь. Пойдем в лес, как говорит твой волк. Главное, чтобы нас не увидели, эти, с лодки.

— Да.

— Скольких они уже выловили? — спрашивает Клем.

— Я думаю, что никто не выжил.

— Кроме нас.

— Кроме нас…

Мы входим в лес и под моими ногами, обутыми в безразмерные сапоги Плантины, начинают трещать сухие сучья.

— Надо бы нам разжиться еще одной жирненькой монашкой, чтобы отобрать у нее еще пару таких сапожек.

— Хочешь я отдам их тебе? — спрашиваю я и начинаю стягивать их.

— Нет, довольно уже и того, что ты отдала мне целую шубу. Мне теперь тепло как в аду.

Мы идем вслед за волком, который ведет нас по звериной тропе, скрытой среди высоких елей. Идем медленно, едва переставляя ноги, но с каждой минутой неумолимо отдаляемся от проклятого монастыря.

Когда сил у меня уже совсем не остается, я не говоря ни слова, падаю на землю и прислоняюсь к жесткому, покрытому бугристой корой дереву.

Клем садится рядом и вытягивает ноги.

— Что мы будем делать без еды и воды? — спрашиваю я неизвестно у кого, возможно у сухих ветвей полумертвого дерева, которое смотрит на нас и словно пытается дотянуться."

"— Тебе не хватило того моллюска, похожего на соплю, которым нас поподчевали добрые монашки? — с улыбкой спрашивает Клем. — Я вот никогда не забуду.

Я закрываю глаза и сжимаю в руке стилет, в любой момент готовая отразить любую опасность. Каждый шорох вызывает во мне ужасную тревогу. Но когда я вижу, что Клем спит, прислонившись к моему плечу, мне становится как-то спокойнее.

Я прикрываю веки и тут же чувствую, что начинаю проваливаться в сон. Волк садится рядом со мной и согревает меня с другой стороны. Мне становится так тепло и уютно, словно я снова дома.

Будит меня громкий хруст ветки неподалеку. И человеческий голос.

— Спокойно! Все остаются на местах.

29

Ивар

Поднимаюсь все выше, пока не прорезаю мощными крыльями облака, вырываясь на безветренную ночную гладь разреженного неба.

Восторг переполняет все мое тело и я наслаждаюсь полетом, словно в первый раз, чувствуя после долгого перерыва, как сильно мне этого не хватало. Внизу, под облаками, в сверкают вспышки молний, пугая несчастных жалких людей, не способных летать. Они прячутся, словно крысы по своим норам, страшась того, что приходит с неба.

Мои мысли путаются с чувствами дракона, которого теперь во мне больше и чья сила теперь имеет власть диктовать свои желания. Я тешу дракона, отдавая ему контроль и наблюдаю словно со стороны за тем, как он резвится, на бешеной скорости пролетая над облаками и вызывая бесчисленные вихри закручивающегося ветра, тянущиеся за ним, как щупальца исполинского осьминога.

Он это заслужил своим терпением.