Измена в 45. Месть, которой ты не ожидал
Одна любовь на протяжении жизни. Счастливый и казавшийся крепким, брак…Всё рухнуло до головокружения стремительно.Любовнице мужа надоело оставаться в тени.Записавшись ко мне на прием, она решила явить себя миру:— Вы меня не поняли, Евгения Александровна. Плевать мне на специалистов этого медицинского центра. Пришла именно к вам. Хотела новостью поделиться…, — девушка изменилась в лице. Расцвела. Вскинув подбородок, прокатилась по мне надменным взглядом. — Я беременна от вашего мужа… Или от сына.Я была готова молиться о том, чтоб её слова оказались ложью…Увы. Муж не стал отпираться, но и ответственности своей не признал.— Жень, да всего-то один раз только было! Ошибся. Был нетрезв и оступился, — развел руками, пока я медленно умирала. — Давай забудем? Ты ведь всё равно не сможешь без меня жить.Он и в этом ошибся. Его измена превратила мои чувства в прах, а воспоминания — в осколки. Ничего не осталось внутри, кроме жажды мести и брезгливости к некогда любимому мужу.
Украшения, как и путешествия, являются их маленькой слабостью.
Несмотря на то, что вернулась она уже три дня назад, время для встречи у меня нашлось только сейчас.
Спасибо Максиму за мою новую действительность, в которой дел, связанных с банковской сферой, стало больше, чем с клиникой.
— Ты меня не забываешь.
— А со мной поздороваться не хочешь? — Макс теряет терпение. Его голос звучит раздраженно.
Не удивлена. Ещё выбираясь из авто, я заметила, как он напряжен. Словно кол ему в хребет вогнали…
Идея, надо сказать, неплохая.
— Веришь, нет? Не имею ни малейшего желания.
Отвечая, не смотрю на него.
К черту пусть катится.
— Что происходит? — голос мамы звучит настороженно.
— Женя не в духе…
— Мы разводимся, мам.
Разъяренный и острый, будто игла, взгляд мужа прилетает мне в висок.
— Ты что такой говоришь? — она смотрит на меня, как на умалишенную.
Неприятно, но это явно не самое худшее, что мне пришлось пережить за последнее время.
Я знала, что так и будет, поэтому подсознательно дала себе немного времени собраться с духом. Всего несколько дней. Макс, естественно, шанса своего не упустил.
— Зайдем в дом, и я тебе всё объясню, — голос, к счастью, не просаживается.
— Ты можешь не устраивать сцен? — рявкает в ответ. — Где твоя хваленая выдержка?
— Ушла вся на то, чтобы сдержаться и не оторвать тебе те части тела, которые ты выгуливать привык регулярно.
— Я всего раз тебе изменил и уже извинился за это! — без тени раскаяния произносит Максим.
Мама охает где-то поблизости.
Я настолько шокирована его непробиваемой уверенностью в себе и своей правоте, что даже не реагирую ни на что больше.
— Мы с тобой в детском саду, что ли? Ты в самом деле думаешь, что взрослому человеку достаточно принести в зубах цветочки и сказать проникновенным голосом несколько слов? — муж открывается для меня с новой стороны. Не перестает удивлять своим скудоумием.
— Если бы ты меня выслушала, я бы тебе всё объяснил.
— Обойдусь. Сыну своему объясни лучше, почему ему достались такие родители, — мне сложно скрыть свое презрение."
"Когда я вернулась домой после встречи с Павлом, и сын показал мне добытые фотографии, бережно хранящиеся мужем в облаке… Было больно.
Ребенок — другой уровень эмоциональной завязки и следствие предательства.
Чуть позже, придя в чувства, я поняла, что сына своего внебрачного он предает немногим меньше. Откупился от мальчика. Не решился ради него менять свою сытую, успешную жизнь. А зачем? Можно ведь привычным способом вопрос решить.















