Худшие подруги

Однако продолжает широко улыбаться.

– Погоди, дружище, – говорит Макар в микрофон. – Сертификат на две персоны. Есть кто на примете?

Олег заметно тушуется и мнется. Смотрит в зал. Но явно не ищет взглядом меня или Тасю…

– Будет классно, если наш принц сейчас же раскроет имя своей принцессы, – продолжает давить на парня Макар. – Ну же, Олег! Кого возьмешь с собой, чтобы отведать горяченькой свежей пиццы?

Олег молчит и растерянно пялится на зрителей.

– Может, твоя принцесса в зале? – насмешливо продолжает Макар.

– Я здесь! – вдруг выкрикивает Тася.

Я оборачиваюсь и наблюдаю, как Козырь гордой походкой направляется к сцене. Тут же поворачиваюсь к Дымарскому, и мы наконец схлестываемся взглядами. В его глазах испуг, в моих – недоумение. Я развожу руками: мол, Олег, какого черта?

– О, Тася, привет! – радостно отзывается Бойко. – Какой сюрприз! И давно вы вместе?

Я, недолго думая, тоже направляюсь к сцене, но поднимаюсь на нее с другой стороны. Теперь Дымарский окружен. Олег явно в замешательстве… Да что говорить – все в замешательстве! Даже Макар здорово разыгрывает изумление. И Тася удивленно поднимает брови.

– Привет, Макарова, – улыбается мне Бойко, опустив микрофон.

– Привет, Макар, – шепотом отзываюсь я и встаю возле Дымарского.

У Олега такое напуганное выражение лица, будто к нему подлетели два призрака.

– Ого! – с беспокойством восклицает Бойко уже в микрофон. Ну и актер! Актерище! – Аля, и ты встречаешься с Олегом?

– Ну да, – отвечаю я.

В зале – гробовая тишина.

– В смысле – «ну да»? – откликается Тася. – Я встречаюсь с Олегом!

– Ага, Козырь, мечтай! Может, и встречаешься, только в своих снах.

Теперь из зала доносятся шепот и смешки. Олег поочередно смотрит то на меня, то на Тасю. И кажется, готов прямо сейчас шмякнуться в обморок.

– Офигела, Макарова? – довольно правдоподобно возмущается Козырь. – Сама лишь об Олеге мечтаешь! Мы вообще-то с ноября встречаемся.

Я смеюсь, а затем хватаю растерянного Дымарского за руку.

– Ну-ну. Какое совпадение. И мы!

Тася берет Олега за другую руку, и я чувствую, какая мокрая ладонь у Дымарского. У него даже нет сил высвободиться. Сначала стоял красный как рак, а теперь бледнеет, словно мертвец. Я на мгновение пугаюсь, как бы с ним не случился сердечный приступ прямо на сцене. Такой поворот событий явно стал для него шоком. Как и для всех присутствующих…

– Олег – мой! – упрямо говорю я.

– Нет! Мой! – вторит Тася, сверля меня сердитым взглядом. Но я-то вижу, как у нее в глазах пляшут чертики.

Я тяну на себя растерянного Дымарского. Тася не отступает. А потом мы внезапно, не сговариваясь, отпускаем Олега и хватаем друг друга за волосы. Точно так же синхронно, как час назад любовно поправляли друг дружке ободки. В зале творится что-то невообразимое.