Командир

Об индивидуальных пакетах или противошоковых препаратах, как я их помню из другого мира, здесь и речи не шло, поэтому пришлось работать ещё и над этим тоже. И вообще в плане оказания первой помощи на поле боя в подразделении выявился если не провал, то близко. Никто в принципе не подумал взять в бой медицинскую сумку, которые мы, кстати сказать, укомплектовали для каждого отделения.

В общем грусть и тоска зелёная, если не сказать хуже.

На некоторое время после первого совещания я забросил все дела и сам лично присутствовал на занятиях, где бойцы на практике отрабатывали свои действия в обороне или наступлении. Ругался, матерился и на собственном примере вместе с командирами (которые тоже в этом неслабо плавали, но схватывали все на лету) показывал, как прикрывать друг друга в бою или как лучше перемещаться от укрытия к укрытию. Чуть ли не жил на импровизированном полигоне, но своего добился. Командиры стали проводить занятия и добиваться от бойцов слаженности действий, доводя все до автоматизма.

Что говорить, если даже для тех же командиров стали откровением мои слова о том, что в большинстве случаев позицию, находясь под обстрелом противника, стоит менять не перекатами, как они зачастую практиковали, а переползанием и не теряя противника из виду. Да много чего на самом деле я привнёс нового и непонятного для моих людей за эти дни интенсивных тренировок.

Мы даже оперативно построили из подручных материалов несколько объектов, имитировавших деревенские дома и сараи, для для отработки правильного штурма.

Я боюсь даже вспоминать, сколько во время занятий потратили самых что ни на есть настоящих боевых гранат. Зато добились того, что бойцы перестали бояться ими пользоваться и готовили к бою на автомате. Тоже тот ещё квест если брать, к примеру, гранату РГД-33.

Да и вообще на самом деле я замучаюсь перечислять все, что мы отрабатывали на практике и как изощрялись, вбивая в некоторые дурные головы порядок действия в том или ином случае, достигнув в итоге чуть не абсолютного автоматизма в реакциях на любое изменение ситуации на поле боя.

Сам без малого три недели впахивал как проклятый и не давал передыха подчиненными. Уставал так, что не каждый раз помнил, как добирался вечером до постели.

Забил на время и на саперов, ожидавших начало работ, и даже не интересовался ситуацией с техникой, только изготовлению образцов амуниции уделил толику времени. Ещё нашел силы ответить на письмо, пришедшее от Насти, да с топтунами пообщаться.

Зато уже вторая наша операция без всякого преувеличения наглядно показала, что мы на правильном пути.