Командир

Очень уж въедливыми оказались эти минские гости, и за четыре дня их пребывания в Белостоке крови из меня они выпили немало."

"То, что они прибыли сюда совсем не для расследования, стало ясно по итогам первого же моего так называемого опроса, во время которого проводивший его капитан всеми возможными способами пытался устроить подлянку. Например, он внаглую пытался при заполнении протокола вставить якобы сказанные мной слова или фразы, переворачивающие все с ног на голову.

— Я правильно тебя понял? Тебя чем-то ударили по затылку, и ты не видел, кто это сделал и как тебя уносили из дома любовницы? — уточнил капитан, вальяжно развалившись за столом на стуле и внимательно отслеживая мою реакцию на его слова.

— Конечно же, неправильно, и я такого не говорил. Попрошу вас не переворачивать мои слова как вам угодно и записывать мои ответы в точности так, как они звучат. Где вы в моем ответе услышали слово «любовница»? Меня похитили во время оперативных мероприятий по вербовке потенциального осведомителя и ни о каких любовницах я знать не знаю.

— А вот гражданка… — перебил меня капитан, пытаясь сказать, что говорит полячка, на что я в свою очередь тоже перебил его и произнес:

— Да мне неинтересно, что вам рассказывают какие-либо граждане, мне важно, чтобы вы, товарищ капитан, не перевирали мои слова и ответы записывали в полном соответствии со сказанным.

— Да ты не ершись, лейтенант, мы с тобой в одной лодке, и я тебе помочь хочу, ты же должен понимать.

— А вы, товарищ капитан, мне не помогайте, просто в точности записывайте мои слова без своих дополнений, и этого будет более чем достаточно.

Если говорить коротко, в самом ходе событий следователи разобрались довольно быстро и все остальное время занимались ничем иным, кроме вредительства. Ну, если оценивать их работу с моей точки зрения.

Подобные описанным выше опросы шли практически беспрерывно с небольшими перерывами на сон (не больше пяти часов в сутки) и приём пищи. Следователи меняли друг друга, заходили с разных сторон, пытаясь поймать на неточностях или случайно вставить в протокол что-то мне неподходящее типа пребывания у любовницы. В общем. всеми силами пытались так или иначе подгадить или найти зацепку, благодаря которой смогли бы перейти к другим методам получения от меня «достоверной», по их мнению, информации.

Я, в свою очередь, стоял на своём и не позволял себе говорить лишнего в принципе. Было все так, как я говорю, и точка.

Отбился от них с трудом и при этом смог сделать это без каких-либо потерь в статусе или тем более в возможностях. Правда, произошло это не без помощи брата.