Королевство грез

Разумеется, не на ее условиях, но пойдя на уступки – на разумные уступки, которые в данный момент сводились к роскошным мехам, драгоценностям и, естественно, к уважению, которым она, став его любовницей, будет пользоваться со стороны всех, кто ему служит.

Дженни увидела гиганта, целенаправленно устремившегося к хвосту колонны, припомнила в тот же миг замеченную ею при уходе улыбку Ройса, вспыхнула гневно и ощутила яростное биение сердца.

Завернув и описав небольшой круг, Арик резко осадил коня рядом с ней и холодно поднял брови. Дженни со злобной отчетливостью поняла молчаливый приказ ехать впереди него. Она, однако, была так рассержена, что нисколько не испугалась. Демонстрируя полное неведение о причинах его появления, нарочно отвернулась и принялась беседовать с Бренной.

– Ты заметила… – начала было она и смолкла. Арик молча наклонился и схватил поводья кобылы Дженни.

– Не трогайте мою лошадь! – отрезала она, дернув узду с такой силой, что лошадиная морда запрокинулась к небу. Лошадь шарахнулась, в смятении затанцевала, а Дженни обратила всю ярость на бесчувственного посланца ее врага.

Сверкнув глазами, она рванула левый повод:

– Прочь руки!

Бледно-голубые глаза созерцали ее с холодным равнодушием, но он наконец вынужден был заговорить, и Дженни просияла от этой маленькой победы.

– Вперед!

Вызывающий взгляд девушки скрестился с бледно-голубым взглядом воина. Дженни поколебалась и, зная, что он просто заставит ее покориться, бросила:

– Тогда будьте любезны, уйдите с дороги!

Миля, которую ей пришлось проскакать рядом с колонной, стала, пожалуй, самым большим унижением в ее жизни. До нынешнего дня она не появлялась на виду у солдат или проходила в сопровождении рыцарей. Сейчас головы мужчин поворачивались следом за ней, похотливые глаза неотступно ощупывали изящную фигуру, когда она ехала мимо. Звучали замечания о ее персоне, о ее внешности в целом и об особых формах, замечания столь личного характера, что она едва сдерживалась, чтобы не хлестнуть кобылу и не пустить ее галопом.

Она приближалась к Ройсу, возглавляющему войско, и он не удержался от улыбки при виде очаровательной юной красавицы, взирающей на него с неимоверным гневом; она выглядела точно так же, как в тот вечер, когда бросилась на него с кинжалом.

– Кажется, – поддразнил он, – я по какой-то причине впал в немилость."

"– Вы, – отвечала она со всем презрением, которое сумела вложить в произносимые слова, – просто неописуемы!

Он фыркнул:

– Да неужели же я так плох?

Глава 8

К тому времени как на исходе следующего дня они приближались к замку Хардин, Ройс уже чувствовал себя далеко не так превосходно.