Красные камни Белого
Нет покоя в мирах Герметикона! Хотя, казалось бы, жизнь давно налажена. Процветает межзвездная торговля, население растет, а о кошмаре Белого Мора напоминают лишь изуродованные лица спорки. Планеты Ожерелья богатеют, мелкие заварушки на окраинах лишь рассеивают скуку обывателей, астрологические рейдеры открывают все новые и новые миры, но…Но остается Пустота, великое Ничто, заполняющее пространство между планетами Герметикона. Загадочная Пустота, порождающая чудовищные Знаки, встречи с которыми страшатся и астрологи, и цепари. Однако только Знаками сюрпризы Пустоты не исчерпываются. В великом Ничто даже самый обычный перелет может завершиться совсем не так, как запланировано, и тогда группа неудачливых путешественников оказывается в очень неприятной ситуации…(Согласно желанию правообладателя, электронная книга распространяется без внутренних иллюстраций.)
По сравнению с бронетягами «Макнаут» был медлительным и плохо защищенным, но его появление изрядно приободрило наемников. Они ведь фактически оказались меж двух огней: с одной стороны – мыры, с другой – спорки, которые могли вернуться к храму в любой момент, и маленький, но бронированный «Макнаут», вооруженный пулеметом и скорострельной двадцативосьмимиллиметровой пушкой, добавил парням уверенности.
Командовать десантом Вандар отрядил Берта, на том простом основании, что менсалийцев высадилось больше всех. Однако Секач не загордился и положением своим Баурде в нос не тыкал. А вот к капралу Дабурчику Берт отнесся иначе, грубовато и резко показав, кто на земле главный. Секач не забыл, как повел себя галанит во время появления мыров.
– Как твои ребята?
– Нормально. – Дан помолчал. – Уже.
– Я слышал, капитан решил оставить вам четвертую долю.
– У Штыка была семья.
– С пониманием. У меня тоже была. – Менсалиец сплюнул на камни и серьезно посмотрел на Баурду: – Хочу, чтобы ты еще раз проверил склоны. Может, следы какие найдешь.
– Спорки?
– А чьи еще? Пойдем.
Мужчины отошли к стене, поднялись по скрипучей лестнице на площадку ближайшей башни и остановились у парапета. Отсюда открывался потрясающей красоты вид на долину, по которой текла быстрая река. Поросшие лесом склоны, одинокие скалы, серыми исполинами возвышающиеся среди деревьев, и грандиозная гора складывались в замечательный пейзаж, достойный кисти художника, однако ни Дан, ни Берт сентиментальностью не отличались. Они видели не восхитительную природу, а территорию, с которой может прийти враг.
– В первую очередь осмотри ее. – Секач указал на кривую гору. – Мы следили за спорки с ее вершины, возможно, сейчас они занимаются тем же.
– Может, выставим там пост? – предложил следопыт.
– Может, и выставим, – кивнул Секач, но было видно, что отправлять своих парней в опасный дозор менсалиец не желает. – А пока проверь.
– Хорошо.
– Потом осмотри террасу, подумай, смог бы ты подняться по ней? Осмотри внимательно, не хочу, чтобы однажды ночью ипатые спорки полезли через стены.
– Хорошо.
– А потом поднимись на нашу красавицу. – Менсалиец повернулся и задрал голову, разглядывая вершину храмовой горы. – Отыщи место для поста. Не хочу, чтобы сверху посыпались гранаты.
Выгрузив десант, цеппель отправился на поиски селения спорки. Радио на Ахадире не работало, связи с Вандаром не было, и оставшийся без поддержки с воздуха Берт слегка нервничал.
– Задача непростая, – протянул Дан, разглядывая окрестности. – Ребята у меня не железные, за оставшееся до ночи время не управимся.
А разделиться не получится, потому что игуасцев осталось трое.
– Тогда начинай с нашей горы, – решил Секач. – Там и ночуй.

















