Кровь моего монстра

Ее губы приоткрываются, но она медленно принимает позу, и делает это так естественно, что я становлюсь еще тверже.

Хотя Саша не очень опытная, но от природы она естественная. Иногда она может вести себя как соплячка, но она точно знает, когда нужно остановиться и сделать так, как ее просят. Ее глаза следят за моими руками, пока я не спеша расстегиваю ремень, а затем брюки.

— Ты не выполняла приказы, Саша, и ты должна быть наказана.

— Что... — она сглатывает, все еще не отрывая взгляда от моих рук. — Какие приказы?

— Я же говорил тебе перестать быть такой дружелюбной?

— Но я не была.

— Как насчет Максима?

— Он… мой друг.

— Он никто.

Она открывает рот, но не произносит ни слова, когда я освобождаю свой член и оборачиваю ремень вокруг ее шеи, чтобы притянуть ее вперед.

Я ударяю ее по губам своим членом, и она подчиняется, открывая рот, как можно шире. Я толкаюсь до самой задней части ее горла, но все равно не проникаю внутрь на всю длину. Саша задыхается, ее бледная кожа краснеет, а вены на шее вздуваются. Я держу свой член на месте, но она не сопротивляется и не отталкивает меня.

Однако, что она делает, так это смотрит мне в глаза. Даже когда ее глаза наполняются слезами, которые текут по ее щекам.

Это почти так, как если бы она ... доверяла мне.

Бля. Я последний человек, которому она должна доверять.

Я выхожу, и она шипит и глубоко вдыхает, прежде чем я снова вонзаюсь. Я использую ее язык для трения, и я трахаю ее рот.

Нет, я на самом деле трахаю ее в горло.

Мой ремень вокруг ее шеи удерживает ее неподвижной, как сосуд для моего удовольствия. Независимо от того, как далеко или сильно я зайду, она не пытается бороться со мной.

Даже когда я подбираю ритм и трахаю ее в рот, как будто наказываю ее. Даже когда слюна, слезы и преякулят покрывают ее лицо, и она становится картиной моего собственного творчества.

— Ты такая хорошая девочка — ворчу я, приближаясь к своему пику.

Она ползет немного дальше в моем направлении и открывает рот шире, как будто ей нравится комплимент.

— Ты так хорошо ко мне относишься. Эти прелестные маленькие губки были созданы для моего члена, Солнышко.

Ее глаза светлеют, и я ухмыляюсь.

— Тебе нравится, когда я тебя так называю, правда, Солнышко?

Она не отвечает словами, но пытается лизнуть мой член, предлагая дополнительное трение, которое доводит меня до крайности. Я не из тех, кто обычно кончает быстро, но я достигаю рекорда, когда мой член оказывается во рту у Саши. Это все равно больше времени, чем кто-либо другой мог бы выдержать, особенно от той, кто выглядит такой невинной и наивной, как она.

Я кончаю ей в горло, и она пытается проглотить как можно больше, все еще глядя на меня.

Моя.

Эта женщина, блядь, вся моя.