Крылья феникса

«Так вот почему они все выглядят так молодо!» — подумала я, глядя на леди Нейль и вспоминая директрису, возраст которой не сумела определить даже приблизительно.

Вслед за магией и обязанностями нас ожидала пара по истории, где пожилой преподаватель рассказывал о существовании Артогана до падения империй. В общем-то в основном информация была общеизвестной, преподаваемой еще в школе, но сейчас магистр подавал ее немного иначе, более подробно и глубоко освещая тему. К концу пары голова пухла от нескончаемых дат — магистр Дахшан, кажется, испытывал к ним особую любовь.

После истории наступило время обеда, и все заспешили в столовую. Я решила изменить тактику и, наоборот, прийти под конец обеда — пусть самое вкусное разберут, зато хоть поем спокойно. За обедом следовала боевая магия, которую я ждала с особым волнением. Да что там с волнением — от нервов хотелось грызть ногти, чего отродясь не делала!

Для занятий боевой магией нам была выдана специальная форма. И, чтобы не терять времени даром, я отправилась в нашу с Санди комнату, чтобы оставить там учебники и заодно переодеться.

Неладное я заподозрила еще в тот момент, когда, войдя в гостиную факультета, услышала подозрительно знакомый, звучащий неподалеку голос. Непроизвольно замедлив шаг, вошла в коридор, где располагались двери комнат, и тут же убедилась в том, что не ошиблась. Голос принадлежал Люции Бэйрси, беседующей с дворецким.

И что она здесь делает?

Стоило задаться этим вопросом, как взгляд зацепился сразу за две детали: первая — разговаривают они у одиннадцатой комнаты; вторая — у открытой двери стоит мой раскрытый чемодан, набитый как попало набросанными в него моими же вещами.

Изнутри меня царапнуло нехорошее предчувствие. Паршивое такое, гаденькое.

— А, мисс Трэйндж, — заметил меня Гай. — Хорошо, что вы пришли. Должен вас уведомить, что, поскольку в институт зачислена новая воспитанница, вам придется переехать.

Опустив вопрос о том, почему и как Люцию зачислили позже положенного, я спросила главное:

— Почему мне нужно куда-то переезжать? Разве она не может поселиться в той комнате, куда вы предлагаете перебраться мне?"

"— Нет, — сдержанно, но с затаенным раздражением произнес дворецкий. — Число воспитанниц на каждом курсе строго ограниченно. В этом году набор был полным и лишних мест не осталось. Но поскольку именно вы были приняты при… хм… особых обстоятельствах, будет справедливо, если вы же станете жить в особых условиях.

От этих «особых условий» я ничего хорошего не ждала. Вон и ухмылка на лице Люции играет соответствующая, и родственничек ее явно злорадствует. А понятие справедливости у нас уж точно совершенно разное.

— Если я откажусь? — задала вполне закономерный вопрос.