Крылья феникса

Что такое украденная одежда в сравнении с разрушением мира, которым для десятилетней девочки стала потеря двух самых близких людей?

Закутавшись в полотенце, я решительно толкнула дверь и вышла в коридор. Из гостиной доносились приглушенные голоса, и вместо того, чтобы возвратиться в свою комнату, я решительно пошла туда.

— Я же говорила, что придет, — при моем появлении едко усмехнулась сидящая в кресле Люция.

— Что, нищенка, даже одежды нет? — с глумливой усмешкой подхватила Эмбер. — Так ты попроси, может, мы из милости к убогой что-нибудь и пожертвуем. — Она картинно поправила волосы. — Леди полагается быть милосердной даже к отбросам.

В случае этих двоих они могли либо спеться, либо загрызть друг друга. К сожалению, произошло первое.

— Леди полагается быть милосердными, — согласилась я. — Только что-то не вижу здесь леди. Одних злобных, испорченных и самовлюбленных девиц недалекого ума.

Люция и Эмбер подскочили одновременно.

— Что ты сказала? — процедила Люция, прищурившись.

Угрозой в ее тоне я не прониклась. Не после того, как совсем недавно едва не испытала на себе гнев Кайла Снэша.

— Повторить? — спросила, глядя ей в лицо. — Или, может, сначала вернешь вещи, которые украла? Интересно, господин Бэйрси знает, что его дочь занимается воровством?"

"В какой-то момент показалось, что она набросится на меня, — но нет, сдержалась. А вот Эмбер сдерживаться не собиралась. Не дожидаясь, пока Люция найдется с ответом, она подошла прямо к камину и, достав откуда-то мою одежду, поднесла ее к огню.

— Что бы сжечь первым? — все с той же глумливой ухмылкой спросила она. — Может, это?

В огонь полетело белье.

— Или это? — Она взялась за чулки.

Наплевав на все, я резко направилась к ней. Не позволю! Не буду просто стоять и смотреть, как сжигают мою единственную одежду! Чулки ведь хорошие, не самые дешевые, других у меня нет! Да и не только в этом дело. Ведь каждая вещь чего-то стоит. Кто-то трудился, чтобы произвести нитки, изготовить ткань, сшить… Разве можно так относиться к чужому труду? Сжигать, выбрасывать, как будто это ничего не стоит…

Я думала, что давно научилась сдерживать и негодование, и злость. Но когда не успела вовремя перехватить Эмбер, когда она, извернувшись, все-таки бросила чулки в огонь, когда их начало пожирать яркое пламя, меня охватила настоящая ярость. Ударила в голову, заставила вскипеть кровь. Мое терпение на сегодня закончилось, и я приблизилась к точке кипения.

— Отдай платье, — потребовала севшим голосом, когда Эмбер, пряча его за спиной, отбежала в сторону.

А в следующее мгновение внезапно почувствовала, что не могу пошевелиться. Только боковым зрением заметила, что в этой сцене появилось новое действующее лицо.