Личный аптекарь императора. Том 4

— Слушай, а что за задание она дала? — спросил я у Сени, когда вышли из аудитории.

— Откуда я знаю? Я её не слушал, а только смотрел. Какая же она… — он мечтательно улыбнулся.

Теперь ясно, чем он занимался всю пару. Эти юнцы такие наивные.

После третьей пары я поднялся на второй этаж и зашёл в деканат.

— Александр, где вы ходите⁈ Клавдий Тихомирович уже заждался вас, — возмутилась секретарша и даже перестала стучать по клавишам, что было несвойственно для неё.

— Да, пришёл я, пришёл, — ответил я, постучал в дверь и зашёл в кабинет декана. — Приветствую.

— Здравствуйте, Александр. Щавелев мне всё рассказал. Я рад, что вы были рядом и предотвратили заражение манаросом. Он сегодня с утра исследовал его и убедился, что манарос паразитирует на живых существах. Заразился муравей, которого Олег Николаевич запустил к нему в контейнер.

— Я рад был помочь.

— Вы официально включены в состав экспериментальной группы. И, — он открыл папку на своём столе и протянул мне какую-то карточку, — получаете разрешение на парковку в ряду «Б».

— Вот за это большое спасибо, — я учтиво склонил голову и забрал пластиковую карту со своим именем и номером группы. В самом верху стояла буква «Б».

Придёт время, и получу карточку с буквой «А», а пока можно довольствоваться вторым рядом.

Попрощавшись, я вышел из деканата и спустился на подземныйэтаж в лабораторию номер три. В ней уже было человек пять. Все в белых халатах, шапочках, масках и перчатках — никого не узнать.

— А вот и новый член нашей группы, — всплеснул руками человек в белом. По голосу — профессор Щавелев. — Его зовут Александр Филатов. Я надеюсь, никому не надо объяснять, что это за Филатов?

Остальные четверо замотали головами.

— Вот и хорошо, — продолжал он. — Это у нас доцент Курочкин Фёдор Михайлович, это…

Он друг за другом представил всех, но я так и не понял, кто есть кто.

— Александр, наденьте защиту и можете подойти к столу. Мы как раз только начали исследовать препарат Боярышниковых.

— Боярышниковы? Наш препод по Фармакологии? — уточнил я.

— Да, так и есть. Даниил Ефремович лично обратился ко мне и попросил проверить новый препарат. Он очень хвалил его и уверял, что это прорыв в сфере старческой деменции.

— Посмотрим, — я улыбнулся, но никто этого не видел из-за маски.

Намеренно я вредить не буду, и если препарат действенный, то со своей стороны не буду чинить препятствий. Но… теперь я более дотошно подойду к делу и обязательно расскажу, что меня не устраивает.

— Несколько таблеток я растолок, поэтому можете приступать, — кивнул Щавелев.

— Подождите. Позвольте сначала мне, — сказал я, наклонился над стеклянным блюдцем с белым порошком и, приспустив маску, втянул носом.