Метанойя

Это Земля, понял он, потом его взгляд прошел сквозь атмосферу и пред ним предстал Атлантический океан, стремительно увеличивающийся до тех пор, пока он не увидел крохотную фигурку, лежащую на воде возле острова Куба. Фигурка приближалась, увеличивалось его собственное обнаженное тело и лицо с полуприкрытыми от яркого солнечного света глазами.

Он улыбнулся ему, и тот Егор Соколов в ответ улыбнулся тоже. Тогда он обратил свой взор к Лакшми и мягко сказал:

— Здравствуй, Оля!

— И я приветствую тебя, супруг мой возлюбленный, — сказала она в ответ, улыбаясь такой знакомой и вечной улыбкой, и прилегла рядом, положив свою голову на его грудь."

"— Я так соскучилась по тебе, супруг мой! — шептала Лакшми, гладя мягкой ладошкой его грудь, шею, лицо.

— И мое сердце истосковалось по тебе, супруга моя!

Он нежно поцеловал ее в теплые мягкие губы и их тела слились так, что он стал ею, а она им. Это было нетрудно, поскольку он являлся ее мужским аспектом, а она являлась его женским аспектом. Охватившее их блаженство длилось вечно, поскольку они лежали на том, что олицетворяет само время.

Потом тот, которого некоторые называли Нараяна, спросил, кивнув на крохотную фигурку внизу:

— Почему я там, любимая?

— Потому что ты спишь, супруг мой. А это, — она тоже кивнула на фигурку внизу, — твой сон.

— Я и сейчас сплю? — улыбаясь, спросил он.

— Да, конечно, но какая-то твоя часть бодрствует. Ведь ты многолик, супруг мой возлюбленный.

— Почему ты больше не приходишь в мой сон, Лакшми, солнце очей моих? Мне там так не хватает Ольги!

— Это твой сон, сердце моё. Только ты знаешь, почему там всё так, а не иначе. Возможно, логика сна диктует такие условия.

Он задумался, перебирая ее волосы, разметавшиеся среди звезд. Люди называли ее волосы ""Млечный путь"" и это очень красиво звучало. Потом улыбнулся и кивнул:

— Ты права, богиня души моей. Ты как всегда права.

* * *Сын Человеческий тоже улыбнулся, глядя на свой рисунок на песке. Если бы кто-то смог заглянуть Ему через плечо, то он увидел бы, что Учитель нарисовал мужчину и женщину, лежавших среди звезд и цветущих лотосов. Они ласкали друг друга и о чем-то говорили, глядя вниз, где в невообразимой дали, на крохотной планете, раскинув руки, лежал на воде океана улыбающийся парень по имени Егор. Картина, конечно, была живая, поскольку автором ее был Сущий.

В это время, совсем в другом пространстве и времени подошли к Нему какие-то мужчины, ведя связанную женщину. Они стали Ему что-то говорить о том, что эта женщина виновна в прелюбодеянии и по закону следует побить ее камнями до смерти. Мессия почти не слушал, любуясь Своей картиной на песке и дополняя ее отдельными штрихами. Но мужчины были очень настойчивы.