Метанойя

А еще спортсменка и просто красивая девушка.

— Не смешно.

— А я и не смеюсь. Значит, нет сверхъестественного?

— Нет! — отчего-то разозлилась Наталья.

Егор включил ""ускорение"" на полную мощность и, не торопясь, встал. Норикова по его ощущениям застыла. Он подошел к шкафу, открыл его и посмотрел внутрь. Отделение для одежды пустовало. Соколов забрался в него и прикрыл изнутри дверцы. После чего мысленно дал отбой ускорению и затих.

* * *— Нет! — отчего-то разозлилась Наталья, глядя на Соколова, да так и застыла с открытым ртом. Потому что никакого Соколова на стуле не было. Вот он только что, одно мгновение назад был, а в другое мгновение его нет. Она с удивлением огляделась — кабинет был пуст. Понимая глупость положения, она заглянула под стол. Под столом тоже никого не было.

Наталья нерешительно встала, сердце ее колотилось. На ставших словно ватные ногах она подошла к двери, и выглянула в коридор. Коридор тоже был пуст в обе стороны. Она задумчиво закрыла дверь, повернулась и взвизгнула от неожиданности — Соколов сидел на том же самом стуле, как ни в чем не бывало.

* * *Егор замер в шкафу, включив ""рентген"" на малую мощность, так чтобы только ближние к нему стенки шкафа стали для него прозрачными. Когда растерянная и недоумевающая Норикова выглянула в коридор, он опять врубил на полную мощность ""ускорение"", вышел из шкафа, аккуратно прикрыл дверцы, и сел на прежнее место. После этого ""ускорение"" отключил. Тут же услышал звук закрывающейся двери и почти сразу — визг.

Он, не торопясь обернулся и увидел застывшую у дверей абсолютно голую Норикову. ""Блин! Я же забыл выключить ""рентген""!"" — понял Егор, тут же его отключая, но было уже поздно, глаза картинку зафиксировали, по инстанции отправили в мозг, а мозг предъявил ее Егору, от чего он покраснел до корней волос. Так уж его организм устроен с детства, чуть что — в краску, прямо, беда какая-то!

И вот они смотрят друг на друга: в изумлении прикрывшая ладошкой рот майор Норикова и сидящий на стуле старлей Соколов с красным как свекла лицом. Наконец, Егор сумел выдавить:"

"— Что случилось, Наталья Васильевна? Признаться, вы напугали меня свои визгом.

Та, не обращая внимания на его вопрос и на его красное лицо, наконец, тоже зашевелилась:

— Вы где были?

— Как где? Я же сижу перед вами. Вы вдруг встали, стали оглядываться, заглянули под стол и пошли к двери. Я, конечно, очень удивился, поэтому, хотелось бы узнать: что все-таки случилось?

— Вас только что здесь не было!

Соколов покачал головой и сказал:

— Уважаемая Наталья Васильевна, прошу вас, успокойтесь и сядьте! Это была просто небольшая демонстрация того, что существует на свете и нечто такое, что не вписывается в учение марксизма-ленинизма.