Не лишний

- Есть у меня такое впечатление, что вы уже присмотрели “девушку из приличной семьи” и вместе с ней распланировали мою дальнейшую жизнь. Учтите, я от подобного, вон даже, в другой мир сбежал.

- Ах, ну что вы, молодой человек, наговариваете на старого еврея. - Всплеснул руками Кройцман. - Никого я не присматривал. Девушка таки сама вас присмотрела.

Пришла очередь Максима поперхнуться от возмущения. Он несколько раз набирал воздух, чтобы высказать все, что думает по этому поводу, но в результате махнул рукой.

- Ну вас!

Натали с интересом смотрела на эту пикировку. Ангельски невинное выражение лица Кройцмана и бессловесное возмущение Максима вызвали у девушки улыбку. Но разузнать подробности Натали не успела. На лестнице раздались шаги и в комнату вошел Мартин. А за бывшим морским пехотинцем, отчаянно зевая и протирая глаза, появился Уэсли. Три пары глаз с одинаковым скептическим выражением пропутешествовали с мальчика на чернокожего здоровяка. Мартин развел руками и пробурчал: “Так нужно”.

Новая Земля, Дагомея, бандитская база, день первый, 22 год, 3 день 9 месяца, 29 часов."

"Виноградов был очень признателен Мартину. Нет, он бы высидел оставшийся час. Но осознание факта, что можно пойти спать на целый час, ну, может чуть меньше, раньше, приятно грело душу. Натали и Кройцман тоже не горели желанием спорить о времени окончания “вахты”.

Сразу лечь спать не получилось. Оказалось, что спальных мест только два. В темной комнате выражения лица Натали видно не было, а вот руку Кройцмана, чешую затылок, можно было рассмотреть. Как выяснилось, изначально девушка собиралась спать рядом с братом. Максим хмыкнул. Укладываться с Кройцманом или двигать спящего, что называется, “мертвым сном” Миху никакого желания не было. Желание улечься вместе с Натали может и присутствовало, но было мгновенно задавлено как недостойное и несвоевременное. К счастью, Виноградов быстро вспомнил о небольшом диванчике в “кабинете” на первом этаже. Семен Маркович и девушка пытались благородно уступить Максиму нормальное спальное место, но были остановлены пафосным шепотом о недопустимости подобного отношения к старикам и женщинам.

Вскоре, Максим устроился на диванчике и длинный-предлинный день для него закончился.

Новая Земля, Дагомея, бандитская база, день второй, 22 год, 4 день 9 месяца, 7 часов.

Начинать новый день с голоса Михи, который решил вспомнить армейскую юность и заорал “Рота подъем!” - еще то удовольствие. Но Максим подавил желание воплотить старую армейскую мечту и пристрелить “дневального” (благо теперь такая возможность имелась). Макс лишь пробурчал пару нелестных эпитетов в сторону приятеля.