(Не) идеальный отец
— Решила на меня своего выродка повесить, убогая? — мажор без стука влетает в мою комнату, смотря бешеным взглядом.— С чего ты взял? — сжимаюсь от ужаса и шока.Как же он меня ненавидит! Злющий как черт.— С того, что ты слишком удачно залетела и отец подозревает меня. Что, хочешь воспользоваться схемой сестренки и поймать богача?— Что? — едва понимаю, о чем он.— Сестренка поймала моего отца красивым личиком, а таким мышам, как ты, приходится действовать через спиногрызов. Но учти, у тебя ничего не выйдет. Я бы на тебя и в голодный год не посмотрел.— Уходи, Тимофей! — только и могу сипеть, в душе воя от обиды и больной любви к мажору.— Это ты вали из нашего дома, приживалка, к отцу своего ребенка.«Ты — отец моего малыша!» — хочется мне прокричать, но эта тайна умрет вместе со мной.
Пытаюсь вникнуть в слова, что он говорит своим привычным насмешливо-презрительным тоном. То ли ему всё равно, то ли нет, никогда не поймешь. Разве я непонятно сказала, что впервые видела этого Баранова?
Вокруг стоящей возле общежития крутой тачки скапливается народ. Под любопытными взглядами ужасно смущаюсь и хочу, чтобы Тим поскорее поехал, но он ждет моих ответов. Ему-то точно плевать, что он под обстрелом взглядов. Его не волнуют чужие мнения.
— Просто я в самом деле впервые вижу этого парня.
— Ладно, тогда где ты ночевала? И зачем наврала, что у подруги?
Молчу. Горло сжимается, губы стягивает сухость. Они у меня, как обычно неповоротливые. Стараюсь, чтобы взгляд не бегал, как у человека, который придумывает ложь.
— Так что, Варя? Так и будем молчать?
— У другой подруги, — закапываю себя еще больше.
— У подруги? — Тим смеется и надевает черные солнцезащитные очки. — Хорошая отмазка. Ясно, не хочешь признаваться. Врать ты пока не научилась, лучше тебе не прогуливать лекции от своей сестренки.
Видимо поняв, что я не выдам свой секрет, он прекращает допрос и поворачивает ключ зажигания. Железный зверь урчит как живой, и сиденье подо мной немного вибрирует. Не сдержав короткого «ой», жду, что машина рванет с места и меня прижмет к сиденью поток воздуха и сила инерции. Но Тим двигается вперед неожиданно плавно.
Далее он врубает музон и довольно-таки быстро довозит нас до места назначения. Стоит мне завидеть крышу особняка, как зубы начинают выбивать чечетку. Что я скажу Эляне? Она устроит взбучку? Может, меня заставят снова встречаться с Валерием Самуиловичем или он вовсе поджидает меня вместе с остальными в доме?
— Сидеть, — не дает мне выскочить из машины голос Тима, как только мы паркуемся на гравийной дорожке.
— Ты что-то хотел? — нервно бросаю.
— Может, хотя бы спасибо услышать? Я же тебя привез домой. Папа будет рад. Мне не помешает набрать очков за то, что я тебя нашел. А вообще, — он задумчиво бьет сложенными очками по приборной панели, — скажи, что ты позвонила, чтобы я приехал.
— За.. зачем?
— Говорю же, это понравится отцу. Он от меня отстанет. Хотя бы на время. Решит, что мы поладили.
— Эляна не поверит, что я тебе сама позвонила.
— Так сделай так, чтобы поверила, не хочу, чтобы узнали, что это была просто случайность. Отец с утра сказал, что ты пропала, и хотел припрячь меня искать тебя. Так что это сама судьба нас свела, а ты сопротивляешься зачем-то, — продолжает ерничать. — Еще было бы круто узнать, где ты ночевала. Раз мы такие с тобой теперь друзья, что ты мне звонишь, то это бы точно сказала.
— А ты там, возле общаги, кстати, как оказался? — выпаливаю.

















