Неверный. Месть подам горячей (СИ)

Стоит Алмазову запустить туда руки, как все, что строили папа и я, пойдет прахом, а проект в Краснодарском крае из грезы превратиться в средство отмывания денег, перепачканных кровью.

И я не могу доверить это другим. Потому что только я знаю этот мир изнутри, знаю этих людей.

- Марфа, пожалуйста, свяжись с Дарлинг, мне нужно вип-приглашение на презентацию с доступом ко всем мероприятиям и фуршету, - произнесла твердо.

- Рыбка моя, Алмазов не тот человек, которого ты захочешь иметь во врагах, - Марфа сокрушенно покачала головой, уперла руки в бока, всем видом давая понять, что она против моего решения, - ты умрешь, Маша.

- Нельзя убить мертвеца, - ответила я, грустно усмехнувшись, - и меня зовут Ева.

Несколько мгновений мы смотрели друг другу в глаза. Марфа надеялась, что я передумаю. Я не могла отступать. Некуда. За спиной – холодная река и грохот выстрела.

Марфа выматерилась, но отвела взгляд. Взяла телефон и написала нашей компьютерной фее, через три дня приглашение в бархатистом багровом конверте ждало меня на стойке регистрации в роскошном отеле в центре столицы.

Пока прощалась с Марфой и Матвеичем плакала, как девчонка.

Лесник перекрестил меня, как родную дочь.

Я им жизнью обязана и никогда за такую доброту расплатиться не смогу.

Слезы и дрожь, как отрезало, когда села в самолет. В Шереметьево прилетела уже Ева Изместьева, Мария Вербицкая навсегда осталась в тайге.

Оставшиеся до презентации дни провела, подбирая гардероб. Марфа снабдила меня деньгами, но тратить приходилось разумно. Бюджет не был безграничным.

Дрожь и неуверенность вернулись в день презентации. Этим вечером мне предстояло встретиться лицом к лицу с врагами, и страх, что меня узнают, несмотря на все ухищрения, не отпускал.

Вечернее алое шелковое платье в пол подбирала тщательно. Оно открывало спину и грудь с боков, оставляя зону декольте закрытой, шрам на плече прятал слой профессионального грима.

К выставочному залу, где должна была проходить презентация, приехала на арендованном на вечер майбахе с водителем. Случайных людей на таких мероприятиях не было, и я должна сразу произвести правильное впечатление.

У входа столпились журналисты, щелкали вспышки фотокамер.

Я глубоко вдохнула и вышла из машины на черную ковровую дорожку.

Журналисты повернулись ко мне, но быстро потеряли интерес, скорее всего, приняли за элитную эскортницу, прибывшую на мероприятие в поисках богатых клиентов.

Не успела я дойти до распахнутых стеклянных дверей, с такой охраной, словно на презентации ждали, как минимум принца крови, когда толпа журналистов зашумела. Быстро защелкали фотокамеры, и меня ослепило вспышкой.

Остановилась, чтобы подождать, пока перед глазами перестанут расплываться разноцветные круги и зрение восстановится.