Ни пуха ни пера, лорд ректор! Зима в Крылатой академии

Но все равно так спускать самоуправство Лошу я не собиралась:

— Если бы у тебя были лапки между прочим, а не на своем месте, то ты бы был мутантом, а не птицей.

— Злая ты, Настасья! А ведь удовлетворенные женщины добреют, — ехидненько заметил птиц.

— Скажите пожалуйста! — восхитилась я его наглостью. — Они добреют, когда их никто не злит, а у меня пернатый раздражающий фактор!

— Я фактор, да? Фактор? — взвился аррел. — Пожалел тебя, и вот получил за это… благодарность! Лучше бы подумала о том, сколько всего теперь знаешь о мире!

А я и подумала. Ой… А я и знала! И про академию, и законы, и традиции, и даже про стычки на границах.

— Прости… — виновато улыбнулась птицу.

— Одним «прости» не отделаешься! — заявил он мне.

— Ветчины? — попыталась заинтересовать обиженного попугая.

— В питомник пойдем. На баб смотреть, — ответили мне.

И пока я проводила параллель между питомниками и бабами, осознавала, что речь идет о самках аррелов, в дверь снова постучали.

— Миледи, не пугайте так свою нянюшку, — взвизгнула Фрида. Похоже, она не на шутку расстроилась.

— Ладно, — пообещала я попугаю и пошла открывать служанке.

Глава 17-1

Глава 17

Прочитать дневник дальше не удалось.

Под причитания Фриды я позавтракала и переоделась. Уже перед самым уходом в академию, пряча тетрадь Толди-Фрея в сумку, вспомнила о записке герцога.

Любопытно, а умею ли я читать на местном?

Я достала бережно сложенный пополам листок, где довольно красивым уверенным почерком Орфеса было написано: «Особенный цветок для особенной женщины». Захотелось завизжать от счастья и закружиться по комнате. Особенная — это ведь еще не любимая, но, определенно, та, которую ценят и о которой помнят, потому что забыть ее невозможно.

То ли еще будет, мой милый герцог! То ли еще будет…

— Лошик, а что за цветок мне подарил супруг?

— Эйрис. Редкая травка. Цветет раз в век высоко в горах, в самых недоступных местах, — ответил аррел. — Раньше встречался чаще, но сейчас…

Эх, прогресс не стоит на месте даже в магических мирах, порой убивая то, что делает эти миры неповторимыми и уникальными.

Отсутствие мужа беспокоило, конечно, но у делового чело… арса должны быть арсовые дела. В конце концов, мужчины всегда играют в любовь, в политику, в жизнь, и только женщины делают для них этот мир уютнее.

В академию отправилась с Лошем. Птиц вел себя достойно и последний час молчал, практически выпытав из меня обещание пойти с ним в питомник. Честно признаться, я не понимала этого стремления. Смысл смотреть, если потрогать все равно не дадут. И вообще, что-то в содержании и размножении аррелов недоработано! Покопавшись в новой памяти, уяснила, что раньше говорящая птица не была редкостью. Наоборот, многие великие маги прошлого предпочитали иметь рядом такого компаньона и советчика.