Ни пуха ни пера, лорд ректор! Зима в Крылатой академии

Супруга Иркофа расположилась на кушетке и заметно успокоилась, чего нельзя было сказать обо мне. Как на зло, стали дрожать руки. Нельзя, чтобы это заметил пациент. Пришлось несколько раз с силой согнуть и разогнуть пальцы.

— Этот небольшой артефакт покажет мне состояние вашей малышки и расскажет, что я должна сделать, — сообщила я Аларе, демонстрируя шарик.

Приборы по определению дара выглядели иначе, поэтому арса не поняла, что за диковинку я держу в руке. Тем более сейчас шар наполнился моими цветами: примерно в одинаковых максимальных пропорциях соседствовали зеленый и черный, лишь небольшие вкрапления фиолетового и оранжевого оживляли картину.

— Сейчас я прикоснусь им к вашему животу, — я продолжала говорить спокойно, хотя внутри все трепетало от волнения. — Дышим ровно, думаем только о хорошем. Вот умница! Вот молодец!

Шар коснулся живота. Его поверхность уже нагрелась в моих руках, поэтому Алара не почувствовала никакого дискомфорта. Она старательно выполняла все мои рекомендации.

— Дышим-дышим, не отвлекаемся, мамочка… — вещала я, а сама наблюдала, как меняются цвета в артефакте.

Сначала шар окрасился в оранжевый. Искру именно такого цвета я успела заметить, когда обследовала женщину впервые. Потом, словно вспышки фейерверка, стали появляться фиолетовые всполохи. Создавалось впечатление, что два эти цвета боролись между собой. Но самое страшное началось спустя несколько секунд. Появилась зловещая, холодная тьма, которая пожирала весь свет, которым природа наделила малышку. А девочка была слишком маленькой и слабой, чтобы справиться с агрессором и вредителем.

— Это то, о чем я думаю? — шепотом спросил магистр.

— Понятия не имею, — честно ответила ему. — Но это то, о чем думала я.

Тьма почти заполнила весь шар, и он стал стремительно остывать.

— Ай, холодно! — хохотнула Алара.

— Уже почти все, — ласково улыбнулась женщине. — Я почти закончила исследование, но вам придется еще какое-то время полежать спокойно.

— Я полежу, госпожа Тэс, полежу, — ответила арса и вдруг вцепилась в мою руку. — Я даже вытерплю все, если надо! Только спасите мою девочку, умоляю!

Сердце матери не обманешь. Оно инстинктивно чувствует все, что происходит с ребенком, вне зависимости, сколько ему секунд, дней или лет. Пока жизни малышки ничто не угрожало, а передо мной уже не первый раз с момента моего прибытия на Леандор стояла сложная дилемма: дать темным убить в ребенке магию, или вступить в бой и подвергнуть жизнь ребенка опасности? Если бы дело происходило на Земле, я бы не сомневалась — жизнь всегда в приоритете. Живут же без ноги, руки, части легкого, почки… Но здесь шла речь не просто о жизни одной девочки, а о жизни целой расы — великой крылатой расы арсов.