Ни пуха ни пера, лорд ректор! Зима в Крылатой академии

— Как же так, ягодка вы наша? Проспали ведь! Проспали! Спать легла, и словно меня кто пологом сонным покрыл! — кудахтала она, расхаживая по спальне.

И меня кто-то вчера выключил. Удивительно, я даже после трудных суток на работе никогда так быстро не засыпала. Однако, на первый взгляд в спальне все было на месте. Поверх одеяла сиротливо лежал дневник Толди, а рядом примостился попугай.

Он тоже проснулся и сейчас демонстративно чистил перья, делая вид, что ему не только на Фриду, но и на меня плевать с высокой колокольни.

— Доброе утро, Лошарик, — улыбнулась я и погладила птицу по черной голове.

— Предупреждения закончились! — сообщил аррел и…

Он бы меня клюнул, честное слово!

— Фрида, попроси подать ветчины, — за мгновение до выпалила я.

Клюв остановился в миллиметре от моей руки. Я едва заметно, чтобы не увидел попугай, выдохнула.

— Будешь на меня нападать, сдам обратно в питомник, понял? — заявила прямо в нагло посверкивающие глазки.

— Не по правилам! — тут же завопил он.

— А мне плевать! Я опаздываю!

Всунув ноги в тапки, заботливо поставленные нянюшкой у кровати, рванула к умывальнику. В тазу, который заменял раковину, уже сидел Лошарик и сверлил меня злым взглядом.

— Ты что здесь забыл? — рассердилась я. Тратить время на аррела не планировала.

— Умываться полезно всем, не только бесполезным двуногим! — заявил наглец.

Умываться? На здоровье! Я схватила кувшин с питьевой водой для полоскания рта и вылила на наглую птицу.

— Каррау-у-у-у-ул! — заорал он. — Топят магическую редкость!

— Умывание полезно всем, — повторила за ним я и, сжалившись, завернула промокшую тушку в полотенце."

"Это была маленькая победа. Потому что Лошар молчал, пока я приводила себя в порядок, молчал, пока одевалась, молчал даже тогда, когда я натягивала сапоги.

— Не понимаю, зачем вам ветчина, миледи? Герцог сказал, что завтрак подадут в академии… — ворчала нянюшка, вдруг увидела меня, облаченную в форму с зеленым знаком отличия, означающим целительское отделение, на груди и замерла. Ненадолго. Потому что потом она отмерла и… — Это что же теперь порядочные женщины штаны носят? Вот в мое время магия требовала почтительного отношения…

— А что непочтительного в штанах? — пожала плечами я и забрала тарелочку.

Пока Лошарик поглощал завтрак, я причесывалась, спешно собирая волосы в высокий хвост. Вряд ли здесь лекарям положена униформа, а тем более медицинская шапочка. Я же очень не любила, когда волосы лезли туда, куда им лезть не положено. И вообще, стерильность — это залог успешного лечения, жаль, что на Леандоре даже такого понятия не существует.

Собственно, со сборами было покончено, но два вопроса меня волновали. Их я и задала Фриде.