Ни пуха ни пера, лорд ректор! Зима в Крылатой академии

Теперь с вами, — обратилась к Иркофу. — Как арсы переносят алкоголь? Как люди?

— Примерно, — кивнул он. — Но вы, госпожа, не подумайте, я не любитель и вообще…

Я достала бутыль, принюхалась и даже капнула в крышку, чтобы оценить градусы. Жидкость чем-то напоминала виски, но пахла приятнее. На вскидку градусов шестьдесят, а то и больше. Смерив взглядом мощную фигуру арса, налила половину стакана.

— Пейте.

— Но…

— Пейте! И вам придется лечь на стол животом вниз, крылья раскинуть.

Иркоф залпом осушил напиток, крякнул и поплелся к столу так, словно я его на гильотину отправила.

Хотя, в каком-то смысле так и было.

— Магистр, а как вы лечите гнойные раны? — тихо спросила у Арбери.

— Уточните, Тэс, гнойные — это какие? Я, признаться, не все работы Тануша читал.

Хмм… О бактериях рассказывать бесполезно, потому что сам подход к лечению в мире, где есть магия, иной.

— Это желтая или зеленая субстанция, которая образуется, когда рана плохо заживает, то есть при любом воспалительном процессе, — попыталась объяснить я, но…

— Рана, Тэс, или заживает, или от нее умирают, — ответил док.

Вот тебе и раз. Ну, раз воспаление нам не грозит, пожалуй, можно обойтись без дренажа.

Об антибиотиках и спрашивать не стала.

Руки мыла тщательно. Наверное, время тянула, пытаясь отсрочить неизбежное. Так я волновалась лишь однажды, когда впервые делала самостоятельно аппендэктомию. А сегодня тоже первая операция, только в новом мире. Эх, не трусь, Настасья, прорвемся!

Вернее, я прорвусь, а кокон, надеюсь, нет."

"Нож, поднос и несколько тряпиц, на которые я разорвала одну из принесенных простыней, я еще раньше смочила в ядреной жидкости, и, хотя нагноения на Леандоре явления невиданные, все же обработала кожу арса.

— Иркоф, слышите меня?

— Да, госпожа, — ответил здоровяк.

— Сейчас.

Я посмотрела магическим зрением. С каждым разом у меня это выходило все легче и легче. И кивнула Себастьяну.

— Будь готов. Как только я сделаю разрез, сразу ставь подушку, понял?

Дорс кивнул и я, сверяясь с внутренним сканером, сделала сечение там, где заканчивалась красная пульсация. Арс застонал.

— Дышите ровно, концентрируйтесь на дыхании. Сейчас важно, чтобы вы лежали неподвижно. А еще лучше, если кто-нибудь нам поможет и подержит вас.

Ох, зря я это сказала.

Помощники едва нас с Дорсом не затоптали, но магистр вовремя их одернул, распределив роли. В результате арса удерживали два крепких на вид адепта.

Не знаю, что делал Себастьян, но рана не наполнялась кровью, и кокон было отлично видно. Но чем его поддеть? Ножом я боялась проколоть. И как я не подумала. Не пальцем же.

— Помочь? — спросил Себастьян.

— А ты можешь аккуратно извлечь, не проколов оболочку? — удивилась я.

— Не могу, а воздух может, подставляй склянку.

Я взяла приготовленную банку и поднесла к ране.